Песок, оазис, два верблюда

девушка взмахнула рукой, останавливая проезжающее мимо такси и села в пропахший кокосовым ароматизатором салон. Только присутствие водителя заставляло её держать эмоции в себе, не позволяя сорваться в истерические всхлипывания.
   — Куда? — таксист равнодушно посмотрел в зеркало заднего вида на бледную девушку, отрешенно рассматривающую что-то в окно автомобиля.
   Ева уже хотела назвать адрес центра Агнешки, но в последний момент передумала. Неожиданно пришедшая мысль заставила на секунду замереть. Она же сама несколько дней назад решила изменить свою жизнь. И откладывать это до тех пор, пока не разберется с уже имеющимися проблемами, было глупо и малодушно. Пора начинать с сегодняшнего дня.
   — Что ты сделала? — даже всегда спокойная и флегматичная Нешка уронила ручку, которую вертела в пальцах, и отставила чашку с кофе.
   — Подала заявление на смену паспорта. Хочу вернуть девичью фамилию, — Ева расслабленно растеклась по дивану. Похоже, что она переоценила свои силы — мышцы дрожали, как холодец, в голове шумело, но на душе было намного легче. Да, ей до сих пор было больно и хотелось пройти по коже наждачной бумагой, чтобы избавиться от противного ощущения липкости, оставшегося после встречи с бывшим мужем, но принятое решение странно успокаивало.
   — Почему именно сейчас? Ты же уже много лет Агеева.
   — Врут те, кто, говорит, что с годами все забывается, — задумчиво протянула Ева. Агнеша только понимающе усмехнулась. — Я всегда буду помнить и Диму, и время, которое жила с ним. И ребенка, которому не дала родиться. Может, лет через пятнадцать, уже не буду так остро реагировать, но сейчас хочу быть свободной от этого человека. Я и оставалась на его фамилии только чтобы не забывать, как это больно, когда предают. А теперь понимаю, что и без этого напоминания всегда буду знать и чувствовать.
   — Придется менять много документов. И диплом, и кучу всякой ерунды…
   — Пофиг. Поменяю. Кстати, тебе не нужен на полставки юрист с хорошими рекомендациями и сомнительными перспективами?
   — Решила все-таки уходить? — Агнеша подошла поближе, устраиваясь на подлокотнике дивана, в ногах у подруги. — Не страшно вот так резко жизнь менять?
   — Страшно, — честно призналась Ева. — Но и так дальше тоже нельзя. И потом — выше головы не прыгнешь. Да, у нас вроде как демократия и равноправие, но на самом-то деле — патриархат. Ну, ещё на пару ступенек поднимусь, а потом все. В политику сама не хочу. Да и нет за мной волосатой лапы, которая будет толкать по карьерной лестнице. Заиметь, конечно, не проблема, но спать с кем-то только ради удобства, противно. — Неша сочувственно сжала её коленку, но перебивать не стала. — А оставаться в нашей конторе, тоже не вариант — меня уже сейчас пытаются подставить, дальше только хуже будет. Ладно, в этот раз заметила и подстраховалась, но везти вечно не будет, и рано или поздно вляпаюсь так, что потом не отмоюсь.
   — Но ты же понимаешь, что много денег здесь не заработаешь?
   — Так я практику и не собираюсь бросать. Просто буду работать сама на себя. Уж хлеб с маслом обеспечу. Да, кстати, с месяц назад мой куратор из аспирантуры звонил, спрашивал, не хочу ли науку двигать.
   — И что ответила?
   — Пока подумаю. Но, наверное, соглашусь. Мне и самой интересно попробовать.
   — Бедные студики, — негромко рассмеялась Нешка, представив её в роли преподавателя.
   — Ну, не все же им на парах фигней страдать и в соцсетях сидеть, — улыбка Евы получилась немного вымученной, но хотя бы желание плакать прошло. Ничто так не приводит в тонус, как визит в отечественный паспортный стол…
   Девушки на минуту замолчали, понимая, что, как ни откладывай, но неприятный разговор начинать все-таки придется.
   — Она что-то решила? — не выдержала, наконец, Ева.
   — Нет. Все ещё никак не определится, — разочарованно покачала головой Неша. — С одной стороны, как мать, я Светлану полностью понимаю, но с другой… Она ещё никак не назвала мальчика, значит, подсознательно готова расстаться с ребенком. Я с ней работаю каждый день, и, думаю, к середине недели она созреет.
   — Ты можешь примерно сказать, что она решит?
   — Ну, тут я и точно скажу. Она отдаст ребенка.
   — Понятно, — вздохнула Ева, нехотя вставая. Как ни приятно было поваляться и вытянуть усталые ножки, а ехать за машиной нужно. — Пока я тут, давай дело, которое показать хотела.
   Неша, покопавшись в стопке бумаг, протянула подруге серую пластиковую папку.
   — Можешь коротко рассказать, что к чему, пока я не закопалась? — перелистывая страницы, уточнила девушка.
   — Да, конечно. Давай по порядку. Девочке восемь лет, ситуация такая…
   Через