Песок, оазис, два верблюда

за собой.
   — И куда её понесло? — почти про себя спросил Денис, наблюдая, как Ева скрылась за белой дверью с надписью «Сестринская».
   — Она девочка взрослая, не потеряется, — неожиданно отозвался Стас и внимательно посмотрел на Романовского. — Она не только сестра жены, но и мой друг.
   — Знаю, — мужчина откинулся на спинку дивана, но кажущаяся расслабленность была очевидно обманчивой.
   — Обидишь, пожалеешь, что на свет родился.
   — Могу сказать только одно — взаимно, — Денис наклонился вперед, упираясь локтями в колени. Матвеев зеркально отобразил этот жест. — Спасибо за участие, но о своей женщине я позабочусь сам.
   — Хорошо. Мы поняли друг друга, — кивнул он. — Станислав.
   — Денис.
   Но было заметно, что и после процедуры знакомства, закрепленного рукопожатием, ни один из них окончательно не успокоился.
   Вернувшаяся через несколько минут Ева застала все ту же картину.
   — Если вы закончили меряться, кто чем богат, то держи, — она сунула Матвееву в руку пластиковый стаканчик, наполненный специфически воняющей жидкостью. — Ты за рулем, поэтому не предлагаю, — это уже Денису.
   — А что там?
   — Валокордин. Ну, солнце, вздрогнули за здоровье Линки и малыша, — они чокнулись стаканчиками и залпом выпили лекарство.
   — Господи, лучше бы это спирт был, — передергиваясь всем организмом, просипела Ева. — Дрянь какая…
   Стас ничего не сказал, даже не поморщился, что девушке совсем не понравилось — кто её знает, эту нежную мужскую психику, ещё окочурится от волнения, пока любимая там долг перед природой выполняет.
   — Может, тебе повторить? — она кивнула на все ещё сжимаемый в ладони стаканчик.
   — Не надо, — качнул головой ответивший за него Денис. — Ты сумку ей привез?
   — Какую?
   — Ну, вроде у всех беременных такие есть. Не знаю, что там лежит, но, наверное, что-то нужное…
   — Точно! — Стас даже подпрыгнул на диване. — Ведь она же мне только что про неё сказала! — мужчина вскочил и резво направился на выход.
   — Куда ты в таком состоянии?! Тебе за руль нельзя! — Ева уже пожалела, что решила напоить его этой бурдой.
   — Сумка в багажнике лежит, сейчас принесу.
   — А больше Линка ничего не говорила? — успела крикнуть девушка, пока он не ушел.
   — Говорила, — Матвеев притормозил на пороге отделения. — А когда я спросил, где она такие слова могла услышать, ответила, что ты их орала, когда несколько лет назад с размаху прищемила дверью палец на ноге.
   Девушка почувствовала, что начинает заливаться краской, когда припомнила, ЧТО она могла сказать… Все-таки, закончившаяся в прошлом году стройка рядом с домом излишне обогатила её лексикон.
   Денис наблюдал за их общением внимательно и с долей подозрения, но ничего преступного не заметил. Поймав себя на ревности к её другу, мужчина только мысленно махнул рукой. Поздно дергаться, теперь уже ничего не изменишь, осталось только донести эту мысль до Евы. Он снова вспомнил её оговорку, про «ты мне нужен». Н-да, это же надо было так лохонуться…
   Дождавшись, пока Стас вернется с экстренным чемоданчиком, Романовский потащил девушку на выход. Ева пыталась спорить и злилась, но Дениса неожиданно поддержал Матвеев.
   — Тебе тут все равно делать нечего, — убеждал её будущий отец, ненавязчиво подталкивая к выходу. — И потом, только что звонила ваша бабушка, она уже едет.
   Ева мгновенно построила логическую цепочку «бабуля-сводничество-Денис» и сразу перестала упираться:
   — Да, действительно, тогда мы тут лишние. Как только что-то станет известно, звони! — последнее слово она выкрикнула уже почти на бегу, спеша на выход и практически таща за собой Романовского.
   — Мы куда-то спешим?
   — Нет, а надо бы, — в вестибюле родни не наблюдалось, что девушку, безусловно, порадовало, но все могло измениться за несколько минут.
   — Прекрати метаться, — Денис наблюдал за прохаживающейся туда-сюда Евой, не пытаясь перехватить или насильно усадить. Не поможет. Уже поздний вечер, а от Стаса все ещё не было никаких вестей.
   — И что ты предлагаешь делать? — девушка остановилась напротив сидящего на ковре у дивана мужчины. — Лечь спать? Все равно не усну.
   — Поговори со мной.
   — О чем?
   — О чем угодно. Расскажи о себе.
   Ева напряглась, отступая на шаг. Денис смотрел на неё снизу вверх, продолжая быть все таким же расслабленным. Только выражение глаз было какое-то настороженное, как будто он ожидал, что она может попытаться сбежать.
   — Ты и так знаешь обо мне почти все. Не сомневаюсь, что твои люди не зря свой хлеб жуют.
   — Не зря, — не стал отпираться мужчина. — Я знаю, где