Провести десять дней в тропическом раю… Чем не мечта, особенно, если за окном промозглая русская зима? А теперь представьте: пятизвездочный отель, неземной красоты пляж, и все это ДАРОМ!!! Вот и Ева не смогла бороться с национальной любовью к халяве. Но отдых оказался испорчен практически с самого начала.
Авторы: Шульгина Анна
не бывает, но все же…
Ева без колебаний выделила пришедшее сообщение и нажала «Удалить», после чего очистила корзину и внесла в черный список ещё один адрес. «Шеф».
Эпилог
Пять месяцев спустя.
— Венчается раб Божий…
— ВВВУУУАААААА, — прозвучавший под расписанными фресками сводами плач младенца сочетал в себе одновременно трели автомобильной сигнализации и что-то, похожее на звук работающего перфоратора.
Батюшка поперхнулся следующим словом, благообразного вида бабуся уронила зажженную свечу и истово перекрестилась, а чинно воркующие голуби, сидевшие на маковке храма, испуганно прыснули в разные стороны.
Природа щедро одарила Максима Станиславовича Матвеева не только звонким голосом мамы, но и музыкальным слухом отца, и теперь малыш без усилий взял верхнее «ля», отчего задрожали цветные стекла в витражах. Проводивший обряд венчания священнослужитель мученически закатил глаза и, нервно размахивая кадилом на манер пращи, кивнул невесте, позволяя успокоить плачущего сына.
— Максимка точно будет атеистом, никакого уважения к отправителям культа, — шепнула Ева стоящему рядом мужу.
— Ну, если учесть, что полчаса назад его памперсом зачерпнули пару литров святой воды из купели… — Денис наклонился ниже и, убедившись, что на них никто не смотрит, поцеловал её в висок. — Ты хорошо себя чувствуешь?
Девушка только вздохнула. После того, как две недели назад они узнали, что халатность относительно предохранения принесла вполне ожидаемый результат, Денис разве что пыль с неё не сдувал. И это её начинало бесить, медленно, но верно. А уж если вспомнить, как они до этого горячо спорили…
— Да.
— Нет.
— Я сказал — да!
— А я говорю — нет! Меньше шести месяцев прошло с тех пор, как получила предыдущий паспорт, и опять менять?!
— Не вижу проблемы. Тем более, что ты там на фотографии страшненькая…
За эти слова он был подвергнут зверской пытке щекотанием. Кстати, у Евы были вполне определенные подозрения, что именно во время примирения они и создали следующее поколение Романовских. А его фамилию она все-таки взяла…
Кто-то тронул её за локоть, и девушка отвлеклась от воспоминаний.
— Мама просила передать, чтобы вы хотя бы в храме Божьем не обжимались, — хмыкнул незаметно подкравшийся отец. Родители Евы приняли Дениса немного настороженно, тем более, когда узнали, что она уедет с ним, но постепенно оттаяли, и теперь мама Наташа называла его «сыночком» и грозилась связать свитер любящими тещиными руками. Мужчина был заранее под впечатлением, но впервые за долгое время чувствовал себя членом семьи, большой и дружной.
— Все осознали. Больше не будем, — он кивнул Александру Федоровичу и извиняющее улыбнулся в адрес наблюдающей издалека Натальи Павловны. Та только укоризненно закатила глаза, но сердилась больше для вида.
Пока молодые успокаивали сына, Денис решил вернуться к вопросу, который очень волновал его брата.
— Ты не забыла, что грозилась отомстить Лешке?
— А что такое? — Ева, немного ошалевшая от густого запаха благовоний, встрепенулась. — Неужели он об этом ещё помнит?
— Смеешься? Он уже весь издергался. Ты бы уже сделала ему что-нибудь, а то так и до инфаркта не далеко…
Церемонии возобновилась, и все тетки/бабки начали дружно трясти Максика, надеясь, что в четвертый раз он венчание родителей не прервет.
— Знаешь, мои возможности ничто по сравнению с его фантазией. А ожидание — самая страшная часть наказания… — она заговорщески подмигнула мужу. — Так что можешь сказать брату, что мы с ним в расчете.
— Ты страшная женщина, — хмыкнул Денис, в полной мере осознав, что она заставила взрослого, добившегося много в этой жизни мужика несколько месяцев дергаться только от упоминания своего имени, и это все исключительно благодаря собственной репутации. — Но моя.
— Твоя, — не стала возражать Ева.
— Кстати, мы с тобой не венчаны.
— Если предлагаешь устранить это досадное упущение, разочарую — тут нужно проходить определенные обряды перед самой церемонией, — пока они шушукались, батюшка, с истинными слезами счастья на глазах, закончил брачевать Матвеевых.
— Стой тут и жди меня, — Денис подвел её к родителям и быстренько куда-то слинял.
— Но… — она только махнула рукой, понимая, что он её уже не слышит.
Свечи продолжали чадить, Макс потихоньку хныкал, намекая, что не прочь покушать, Лина зверела, в полной мере разделяя чувства недоенной буренки, а Денис все не появлялся.
Когда вся семья, за исключением Евы, уже склонялась к мысли оставить его в
