Песок, оазис, два верблюда

Это вообще одно из кредо нашей организации.
   — Прекрасно, — Пахомов откинулся на спинку кресла и уставился на Еву так пристально, что девушка с трудом сдержала желание поерзать. Специалист, твою мать! Против такого, как он, она откровенно не дотягивала, и сейчас понимала это совершенно четко. Главное — сделать так, чтобы сам Пахомов об этом не догадался. — А во-вторых, не я один заинтересован в скорейшем разрешении этого…
   — … досадного инцидента? — подсказала Ева.
   — Знаете, мне нравится ваше умение настроиться на собеседника. Хоть это может прозвучать в данной ситуации и не корректно, но все же — не хотите сменить место работы?
   — Сомневаюсь, что вам будет постоянно необходим специалист по разводам и разделу имущества, — привитые с детства правила не позволяли Еве ссутулиться или откинуться на кресло, и спину начало потихоньку сводить. Да и сам разговор, несмотря на кажущееся добродушие и взаимопонимание, ей совсем не нравился. Может, её и нельзя было назвать гением юриспруденции, но то, что Пахомов почти в открытую предлагал ей слить дело, поняла сразу. Казалось бы, ничего страшного, но как раз теперь он может дать отмашку не просто попугать в темноте, а выполнить угрозы. В конце концов, есть большая вероятность, что следующий адвокат, к которому обратиться Вилка, будет покладистее. — Но мне лестно слышать ваше предложение. Ещё какие-нибудь пожелания?
   — Нет. Пока все на этом, — Пахомов резко поднялся, и почти счастливая Ева последовала его примеру. Причин для радости было две — конец аудиенции и возможность размять, наконец, спину. — Было приятно лично познакомиться с вами.
   — Взаимно. Надеюсь, наше сотрудничество приведет к скорейшему разрешению спорной ситуации, — девушка протянула руку, которую Илья Алексеевич коротко, по-мужски, пожал. — Если будут какие-либо вопросы, мои координаты у вас есть, не стесняйтесь звонить.
   — Непременно. И все же, вы вчера отказались разделить со мной ужин, а как насчет сегодняшнего вечера? — в пристальном взгляде было примерно столько же тепла и доброжелательности, как в раздувающей капюшон кобре.
   — Причиной моего несогласия была отнюдь не личная неприязнь, а корпоративная этика, — несмотря на внутреннюю дрожь, Ева умудрилась сохранить вежливо-дружелюбный тон, но сердечности в нем было под стать собеседнику. — И мы все равно, к моему искреннему сожалению, остаемся по разные стороны баррикад, так что вынуждена снова отказаться.
   — Понимаю и уважаю ваши принципы. И все же, выберите время рассмотреть мое предложение по сотрудничеству.
   — Непременно, — кивнула девушка. — Всего доброго.
   — Взаимно, — кивнул Илья Алексеевич, наблюдая за Евой, покидающей его кабинет. А ведь у девушки потенциал и весьма неплохой. Только вот направление выбрала не совсем то. Пошла бы в имущественное право, ей бы цены не было. Но все это лирика, а пока были более насущные проблемы.
   Начальник службы безопасности ответил почти сразу.
   — Да, Илья Алексеевич?
   — Глянь по мониторам, там сейчас из здания должна выходить женщина.
   Заминка в несколько секунд.
   — Вижу. Симпатичная.
   — Я тебя не видами любоваться позвал, — холодно оборвал его Пахомов. — Сделаешь вот что…
   Со вчерашнего дня Ева начала испытывать обоснованную неприязнь к парковкам и прочим малолюдным местам, но, пока она вприпрыжку неслась к своей машине, никто не напал, девушка облегченно нырнула в «Ситроен». И сразу же насторожилась. В салоне пахло непривычно, но приятно. Легкий, едва уловимый аромат, немного похожий на запах моря.
   — Блин!!! — зарычала Ева вслух, когда поняла, что помимо долгой памяти в девичьих думах (по большей части нецензурного содержания), Денис ещё и её машину своей туалетной водой провонял!
   Плюнув на вероятность быть пойманной гайцами с мобильником у уха, девушка быстренько набрала номер сотового сестры.
   — Да? — судя по звукам, Линка опять что-то жевала. Еве сразу же вспомнилась фраза из рекламы сока, про то, что «ты же лопнешь, деточка», но озвучивать она её не стала — с некоторых пор сестра болезненно относилась к вопросу своего веса, боясь, что после родов её разнесет. Пока что её разнесло только в районе талии, в остальных же местах она практически усохла, но Линка была полна решимости, как только бросит кормить грудью, сесть на жесткую диету.
   — Ты дома сейчас? Я остро нуждаюсь во внимании, любви и помощи специалиста.
   — У тебя зуб заболел, что ли? Я ж тебя пару недель назад смотрела, все нормально было…
   — Нет, не зуб — нога, — какой-то идиот на белом «Ауди» подрезал машину Евы, и девушка прошлась глаголом по родословной и славного немецкого концерна,