Провести десять дней в тропическом раю… Чем не мечта, особенно, если за окном промозглая русская зима? А теперь представьте: пятизвездочный отель, неземной красоты пляж, и все это ДАРОМ!!! Вот и Ева не смогла бороться с национальной любовью к халяве. Но отдых оказался испорчен практически с самого начала.
Авторы: Шульгина Анна
сами собой, а внутри что-то дрогнуло, когда Денис слегка прикусил её язык, не выпуская из объятий. Одна ладонь опустилась на её поясницу и потянула на себя. Ева автоматически последовала за ней и оказалась сидящей на Романовском верхом. Звук надсадного прерывистого дыхания и шума крови в ушах забивал голоса полицейских, шебуршащих в комнате и отделенных от них только стеклом и жалюзи.
Денис, углубляя поцелуй, прижал Еву ещё ближе, так, что девушка фактически оказалась лежащей на нем. Ладони мужчины как-то незаметно переместились на её бедра, сминая тонкий хлопок платья и с нажимом лаская обнаженную кожу. Поскольку Ева всегда была за равноправие во всем, включая секс, она тоже не стала долго стесняться и, поглаживая пальчиками одной руки его затылок, вторую опустила на живот Дениса, слегка погладила, а потом скользнула под майку. Упругая кожа, под которой играли жесткие мышцы, была теплой и, по сравнению с её собственной, чуть шершавой. Не переставая горячо целовать мужчину, Ева осторожно, на грани боли, царапнула затылок Дениса, одновременно, едва ощутимыми касаниями поглаживая его пресс.
— Ты что творишь, чертовка? — сипло выдавил Романовский, перехватывая её руки и заводя их за спину.
— Ты первый начал, так что не жалуйся, — прерывисто дыша, ответила Ева, не отводя взгляда от его глаз. Которые, к слову сказать, совершенно утратили оттенок горького шоколада и стали абсолютно черными. Денис, перехватив её запястья одной рукой, стянул с волос девушки заколку, и шелковистые русые пряди ровной волной легли ему на грудь.
И в этом движении было что-то гораздо более интимное, чем в недавнем поцелуе. Вот так сидеть, вплотную прижавшись, дыша запахом разгоряченной кожи и морского бриза и просто смотреть друг другу в глаза.
— Кхе-кхе… — красный, как рак, Андрей Николаевич, стоял в проеме балкона и внимательно рассматривал мечущихся вдоль линии прибоя чаек с сосредоточенностью орнитолога-любителя. На Еву с Денисом он не смотрел принципиально, потому что те лежали на полу в такой недвусмысленной позе, словно запланированную тройню решили сделать прямо сейчас. — Там господа спрашивают, когда им балкон осмотреть можно будет?
— Как они не вовремя, — немного ворчливо пожаловался Денис, но Еву, попытавшуюся встать, не отпустил, только одернул задранное до самых трусиков платье.
— Да, у нас тут репетиция первой брачной ночи, — совершенно серьезным тоном поддакнула Ева, отчего посланец вообще налился свекольным цветом, а Романовский поперхнулся воздухом. — Но мы понимаем всю серьезность и ответственность работы полицейских, потому, дорогой, — она снова повернулась к уже отмершему Денису, — ты тут разберись, а я пока родителей обрадую, что мы определились с датой бракосочетания! — сама в ужасе от того, что только что наговорила, девушка взвилась с распростертого тела и рыбкой скользнула мимо застывшего на месте дипломата.
Пробежав через комнату и поулыбавшись всем встречным, она, наконец, оказалась в своем номере. Уффф! Неужели пронесло? Ева была и сама не прочь продолжить, но присутствие наблюдателей немного сбивало настрой.
«Ага, если бы не Андрюша, где б ты сейчас была и в какой позе?!» — мысленно поругалась девушка и застонала, когда увидела себя в зеркале. Это ж надо было ему так платье помять! Для полноты картины только грязного отпечатка ладоней на попе не хватало. Расчесав спутанные пряди и поругавшись на Романовского, который ещё и её заколку спер, Ева быстренько привела себя в приличный вид и хотела уже снова попытаться связаться с сестрой, как в дверь постучали. То, что это не Денис, она поняла сразу — слишком вежливо и нерешительно скреблись, потому без колебаний открыла. На пороге, переминаясь в ноги на ногу, стоял тот самый несчастный администратор, который уже нарвался сегодня на её гнев.
— Вы что-то хотели? — не приглашая внутрь, вздернула бровь Ева, намекая, что он ей жуть как мешает. Но следующая фраза работника отеля заставила её замереть в ужасе:
— Мы приносим вам глубочайшие извинения за произошедшее, и, чтобы хоть немного загладить свою вину, администрация переводит вас с женихом в номер-люкс для новобрачных.
Ева мгновенно просчитала возможные варианты ответа. Сказать веское женское «Неть!» и топнуть ножкой. И снова попасть на разборки с полицией. Сомнительно как-то, чтобы они и после этого поверили в их с Романовским трепетные чувства. Потому девушка, мысленно кляня гадского вора, сделала радостную морду лица и защебетала:
— Ой, спасибо, мы вам так благодарны, так благодарны!
Администратор тоже несколько кривовато улыбнулся в ответ и кивнул кому-то в коридоре. В номер тут же просочились две горничные,
