Песок, оазис, два верблюда

никогда не сдастся и будет драться до конца. И, если так будет нужно, прибегнет даже к крайним мерам. Потому Романовского бесила эта задержка с документами. Еву брат не тронет, он ему это пообещал, но все равно Денису было не спокойно. Да, вряд ли девушка будет рада видеть его, но придется потерпеть — ближайшее время он с неё глаз не спустит. Ещё эти сомнительные знакомства… Ярик сегодня перерыл все, что можно и нельзя, но нашел только, что Агеева иногда оказывает услуги юридического характера некоммерческому фонду «Надежда». Какие именно, узнать не удалось, но на уровне слухов — вроде бы Ирмская организовала что-то наподобие реабилитационного центра для жертв домашнего насилия. Каким боком к этому могла быть причастна Ева, тоже не совсем понятно. Но, похоже, что она консультировала пациентов центра по вопросам семейного и имущественного права. Во всяком случае, Денис на это очень надеялся, потому что, если окажется, что она каким-то образом причастна к теневому бизнесу, в котором подозревали «Надежду», отмазать её будет довольно сложно.
   К дому Евы они подъехали почти через полтора часа, потому что сначала сдали Маринку с рук на руки преподавателю художественной школы, а потом попали в пробку, что, учитывая утро субботы, вообще было довольно странно.
   — Не хочешь рассказать про Романовского? — Неша, в отличие от других терпил, оказавшихся запертыми посреди улицы, не дергалась и не жала на клаксон. Девушка просто спокойно сидела, постукивая кончиками затянутых в черную кожу пальцев по рулю в такт негромкой мелодии Вивальди, доносящейся из динамиков.
   — Не хочу, но надо, — Ева куталась в мягкий мех и пыталась не чихнуть. Похоже, что она все-таки умудрилась простыть. Или же это акклиматизация сказывалась, но с каждой минутой Агеева чувствовала себя все хуже — в носу все горело, горло саднило, а голову словно стягивало тугим обручем. — Неш, кажется, я заболеваю.
   Это отвлекло Агнешку от умиротворенного любования владельца стоящего впереди «Нисана», который, приплясывая рядом со своей машиной, так бурно жестикулировал, высказывая свое недовольство, что вполне мог идти в регулировщики движения.
   — Рот открой. — Ева послушно выполнила распоряжение подруги. — А теперь скажи: «Ааа»… Все ясно, горло красное, язык обложен. Поздравляю, скоро и сопли потекут.
   — Что ж у меня все через разные интересные места? — риторически спросила Ева, зябко ежась. — Тогда сегодня мне к Светлане нельзя, только меня, больной, в роддоме и не хватало…
   — Мой тебе совет — езжай домой, ляг и выспись. Все равно в ближайшие девять дней Самойловы, против воли матери, ребенка забрать не смогут. Пока мамочка с младенцем лежат в стационаре, никто малыша им не отдаст. Да они и сами, думаю, не захотят подвергать мальчика риску. У тебя сейчас законный отпуск, так что просто отдохни пару дней.
   — Знаешь, а ведь ты права, — Ева немного подумала и улыбнулась уголком губ. — Тем более что из меня сейчас работник аховый, любой лох облапошит…
   — Не наговаривай, тебя и больную обжулить трудно, — хмыкнула Неша. Пробка понемногу рассасывалась, но массивный «Эскалейд» не мог протиснуться в узкие зазоры между припаркованными машинами, потому свернуть на тайные тропы, чтобы объехать эту беду, все не получалось.
   — Это я на комплимент напрашиваюсь, — Ева потерла чешущийся нос и все-таки чихнула в ладошку. — Ну вот, теперь ещё и вас с Маришей заражу…
   — Вряд ли, мы только переболели, — отмахнулась Агнешка. — Ты лучше расскажи, что у тебя было с Денисом Константиновичем.
   Агеева на секунду задумалась. Ей не хотелось сейчас говорить о нем, но Нешка права — если хочешь решить проблему, неважно, какого свойства, лучше сделать это сразу, по живому, а не ждать, пока та разрастется до нехороших размеров.
   — Нууу…
   — Я не с точки зрения физиологии спрашиваю. Суть ваших постельных подвигов касается только двоих. Что ты вообще к нему испытывала. Давай по порядку, с первого дня знакомства. Вы же там встретились?
   — Нет. Судьбоносная встреча произошла в нашем скромном уездном городишке.
   — Ты на город-миллионник не наговаривай-то, — Наконец-то получилось вырваться из тесных дружеских объятий дорожного затора, и Агнесса резко прибавила скорость.
   — Не буду. Он меня взбесил поначалу.
   — Почему?
   — Потому что поставил на место, — нехотя признала Ева.
   — Любопытно… То есть, ты признаешь, что в тот момент была не права?
   — Не то, чтобы признаю… Ладно, не права я была! — девушка ещё раз чихнула и зло посмотрела за окно. К сожалению, за то время, что они провели в пути, там ничего не изменилось — низкое свинцово-серое небо, сыплющееся с него непонятное