Бывших сотрудников Отдела по работе с магией не бывает! Вот и Магдалене ишт Мазере не сидится на посту секретаря. Пусть и платят хорошо, и работа не такая нервная, как прежде, но тянет ее раскрывать дела о незаконной магической практике. Разумеется, Магдалена не смогла пройти мимо, когда доверявший прежде начальник вдруг начал прятать письма. Да тут еще странная экспертиза… А в королевстве достаточно людей, готовых на убийство во имя сохранения собственной тайны. И на чины они не посмотрят.
Авторы: Романовская Ольга
ушла.
Секс без обязательств порой прекрасен, только начальник для него не подходит. Он сколь угодно обходителен, красив, уютен, если подобное слово уместно по отношению к человеку, но мне с ним работать. И как, спрашивается? Один раз, ладно, но два? А репутация, карьера? Слухи, бродящие по инспекции, веселят до тех пор, пока не превращаются в правду. Да и не так низко я себя ценю, чтобы стать двести тридцатой любовницей на месяц. Именно поэтому с дворянами не связываюсь. Продаваться за деньги? За бриллианты, протекцию, квартиры, сознавая, что ты ничтожество. Пфф, благодарю покорно! Все в жизни я заработала сама, чем горжусь.
Покосилась на Лотеску и усмехнулась. Давненько меня не сопровождали галантные кавалеры! Несомненно, начальник заставит чаще биться девичьи сердца. Смокинг по фигуре, властность и стать в движениях, неизменный сладковатый парфюм. И этот мужчина придерживает мне дверь огнемобиля. Вот ухаживания я люблю, ухаживания хассаби — вдвойне. Вот такой парадокс. Что поделать, честолюбива, да и хочется покрасоваться перед знакомыми. В данном случае — незнакомыми людьми. Прекрасно сознаю, мне никогда не стать частью мира аристократов, так отчего не вообразить на пару часов, будто стала принцессой? О, это совсем другое, не любовница — спутница.
Выходить в свет с Лотеску мне нравилось. На моей памяти случалось четырежды, и все четыре раза сохранила приятные воспоминания о вечере. Пусть начальник иногда бросал на произвол судьбы, но зато отвозил-привозил, иногда с кем-то знакомил. Для женщины с мозгами достаточно.
— Магдалена, под платьем действительно ничего нет? — лукаво поинтересовался Лотеску. Как он умудрялся вести огнемобиль и флиртовать? — Вдруг, вы смухлевали и надели трусики?
— О да, — рассмеялась я, — нижнее женское белье — ваша слабость! Но, увы, порадовать нечем, там абсолютно ничего.
Подобные игры тоже нравились, пусть и выходили за рамки приличий. В них мы практиковались долгие девять лет. Обидно, но начальник всякий раз выигрывал. Нечестно, он мог в любой момент одернуть.
Наверное, следовало бы промолчать в свете наметившегося, пусть и мимолетного интереса, обсудить новые улики, но не смогла. Хассаби провоцировал, подначивал, а я поддавалась, еще и удовольствие получала. Занятный мужчина, когда не вспоминает о социальном статусе.
— Тогда я точно приглашу вас на танец и на глазах у всего зала проверю.
Хотели смутить? Не выйдет.
— И как же? Прилюдно задерете подол?
— Есть другие способы, — туманно ответил начальник и укоризненно глянул через плечо. — Госпожа ишт Мазера, вы и на балу собрались обсуждать с аристократией столь, несомненно, важные темы?
— Вы начали первым, — парировала я.
— Подумаешь, пошутил, — фыркнул Лотеску. — Или приняли за чистую монету?
— Вы не потрудились дать четкие указания, хассаби. Прежде вам нравились подобные… словесные упражнения. И не беспокойтесь, во дворце я произведу благоприятное впечатление.
Понимала, глупо, но стало чуточку обидно.
Отвернулась, изучая маникюр.
— Устали?
Не то слово! Хочу перестать следить за движениями, натянуто улыбаться и копаться в бумагах. Я их даже на прием взяла, попросила начальника спрятать. После случая с «жучками» в номере опасалась оставлять столь ценную информацию в сейфе. Чары Лотеску надежнее, охранки он ставил мастерские, взламывать долго. Увы, совершенства не существует, тот же Алард сумел найти ключик. Не сам, как выяснилось, привлек специалиста. Бедняга признался, когда началось следствие. Работал он под началом Синглера, получал мало, а тут жена, трое детей, страсть к собачьим бегам, полулегально проводившимся в рабочих кварталах. Словом, бывший второй зам умел запугивать. Зато стало понятно, что случилось с кристаллами, отчего никто не заметил проникновения. Специалист все сделал четко, получил премию в конверте и настоятельный совет держать язык за зубами.
Все это узнала примерно три часа назад, когда говорила с Нэвилем из полицейского участка. По традиции, от лиц служителей закона скисло бы молоко, но препятствий они не чинили, предоставили канал связи и всю необходимую информацию. Ту самую, которая, скрытая мороком, лежала под жакетом на заднем сиденье.
— А ведь я предупреждал, спрашивал, точно ли хотите участвовать, — напомнил Лотеску.
— И я честно ответила. Так что, хассаби, ввести вас в курс дела?
Впервые начальник знал меньше меня. Нет, ему тоже докладывали, но бумаг из полиции он пока не видел. Я принесла их незадолго до отъезда, тут уж либо накраситься, либо обсудить банковские счета и личное дело Ронсу. Не из столичной Карательной, естественно, из университета.
