Бывших сотрудников Отдела по работе с магией не бывает! Вот и Магдалене ишт Мазере не сидится на посту секретаря. Пусть и платят хорошо, и работа не такая нервная, как прежде, но тянет ее раскрывать дела о незаконной магической практике. Разумеется, Магдалена не смогла пройти мимо, когда доверявший прежде начальник вдруг начал прятать письма. Да тут еще странная экспертиза… А в королевстве достаточно людей, готовых на убийство во имя сохранения собственной тайны. И на чины они не посмотрят.
Авторы: Романовская Ольга
опешил.
Что, ожидал слез? Прости, все на ночной улице выплакала, когда твой подчиненный наставил дуло.
Нет, определенно, если останусь жива, такую жалобу на Управление безопасности накатаю, по миру с волчьим билетом отправлю! Если… Вырви ведьме глаз, без всяких «если»!
Три действия произошли одновременно: ишт Сонер навел парцилен, я удобнее перехватила сковороду, на кухню ворвались ребята из засады. Дальше — снова замедленный показ слайдов. Второго зама ударили по руке, завалили на пол. Парцилен выстрелил, я завизжала.
И снова ток времени восстановлен, только никак не продышаться.
Привалившись спиной к холодной панели, смотрела на ругавшегося ишт Сонера. Он грозил связями, пустить обидчиков по миру, но лишь напрасно сотрясал воздух.
Запоздало вспомнив о сковороде, положила ее на стол.
Неужели кончено? Но остался министр, он точно уберет ненужную свидетельницу.
Словно прочитав мои мысли, вперед шагнул знакомый человек в штатском — старший группы.
— Благодарю за помощь, госпожа ишт Мазера. Доказательств достаточно, полагаю, сегодня утром мы получим ордер на арест и предъявим официальное обвинение обоим. А теперь верните, пожалуйста, диктофон и преобразователь.
Кивнула и дрожащей рукой потянулась к сумочке. Ее я носила с собой, прижимала, как родную. Еще бы, иначе прощай, чужой голос.
— А можно мне?.. — сглотнула, внезапно ощутив соленый привкус во рту. Прокусила язык и не заметила. — Словом, отвезите меня в гостиницу.
— Конечно. Только никуда не уезжайте до суда.
Бочком протиснулась мимо ишт Сонера и, не удержавшись, плюнула ему в лицо.
— За покушение, урод, и за суку.
Еще бы каблуком ударить, но хватит, моральное унижение сильнее боли.
Внизу, у подъезда, поджидал знакомый огнемобиль — успели подогнать. Плюхнулась на переднее сиденье и устало прикрыла глаза. Не хочу думать, ничего делать, только спать.
Чужие пальцы застегнули ремень безопасности, и я уплыла в предрассветную столичную мглу. Страшная сказка закончилась, можно больше не опасаться писем под дверью, «жучков» под кроватью и дула парцилена у виска.
В гостинице поджидал приятный сюрприз — собственный номер. Люкс, с точно такой же террасой, как у Лотеску. За время отсутствия туда успели перенести вещи. Только вот эмоций не осталось, поблагодарю и полюбуюсь видами уже завтра, а сегодня, не раздеваясь, рухнула на постель и забылась беспокойным сном.
— Жаль покидать столицу?
Мы сидели на террасе номера Эмиля Лотеску и пили вино. Закатное солнце ласкало руки, гладило щеки.
Завтра экспресс унесет обратно в Нэвиль, к привычной жизни. Марк уже звонил, обещал встретить. Это хорошо, не хочу напрягать хассаби, хватит того, что он опять вынесет чемоданы на перрон. Мой за время пребывания в Штайте изрядно пополнел, надорвалась бы. Марк, безусловно, помог бы, но он еще не полностью восстановился, ему нельзя носить тяжести.
— Нисколько, — ответила чистую правду.
Столица встретила неласково, показала большие возможности, но намекнула, что жестоко накажет за каждый промах. Да и воспоминания со Штайтом связаны неприятные.
— То есть переводку не делать? — по-своему истолковал мой ответ начальник и посмотрел так лукаво.
Хассаби официально заступает на должность главы столичной Карательной инспекции в октябре, как только Роджер Лаур сдаст дела. Громкий судебный процесс заставил короля вмешаться, лично перетрясти кадры и в министерстве, и в ведомстве, и в инспекции. Головы так и летели! Кого просто депримировали, кого понизили в должности или уволили. Пятеро пошли под суд. Троих признали соучастниками и дали от двух до пяти лет тюремного заключения, остальным не поздоровилось. Адвокат Бернарда делал все возможное, затягивал процесс, но над бывшим министром сгустились тучи. Поговаривали о безвоздушной камере.
Ишт Сонеру тоже пришлось несладко, обвинения разрастались, как снежный ком. Думаю, ему удастся избежать смертного приговора, ведь он лично не убивал и не крал государственные секреты, но общение с сорнейцами и организация покушения на меня вышли боком, этак лет на двадцать пять. По-моему, ничуть не лучше смерти. Сидеть в одиночке, не видя людей и солнечного света, в вечном молчании — мало кто не сойдет с ума и доживет до освобождения.
Алард уже обустраивался в тюрьме. Суд над ним завершился три дня назад. Бывший второй зам Карательной инспекции Нэвиля дешево отделался: солидный штраф в пользу Лотеску, публичные извинения, два года лишения свободы. Повезло, что не столь тесно общался с министром, не якшался с
