Бывших сотрудников Отдела по работе с магией не бывает! Вот и Магдалене ишт Мазере не сидится на посту секретаря. Пусть и платят хорошо, и работа не такая нервная, как прежде, но тянет ее раскрывать дела о незаконной магической практике. Разумеется, Магдалена не смогла пройти мимо, когда доверявший прежде начальник вдруг начал прятать письма. Да тут еще странная экспертиза… А в королевстве достаточно людей, готовых на убийство во имя сохранения собственной тайны. И на чины они не посмотрят.
Авторы: Романовская Ольга
и тесно сотрудничал со службой безопасности. Учитывая прошлый опыт попавшегося на убийстве мага, он и сейчас сотрудничал с людьми того же профиля. С другой стороны, связь слишком явная, напрашивающая.
— И? — в нетерпении покусывала губы.
— Господин Ронсу уволен три года назад за служебное несоответствие, — начальник уделил должное вину. — Лоджер ишт Сонер занят местными делами, подозрительной активности не проявлял.
— А счета? Может, он заходил в те банки и…
— Не заходил. На записях с кристаллов совсем другие люди, все разного телосложения. Сами понимаете, глубже копнуть пока не могу, хотя хотелось бы, — признался начальник и запустил картинки дальше, в беззвучном режиме, фоном. — Он тоже метит в министерство, есть в списке. Правда, и Роджеру Лауру, — так звали главу столичной Карательной инспекции, — хочется напоследок сорвать куш. У него шаткое положение, король остался недоволен последним отчетом. Плюс господин министр. Абель Бернард с удовольствием бы всех претендентов на свое кресло устранил. С него станется! — коротко хохотнул Лотеску. — Еще бы, такие деньги, положение, связи. Словом, с одной стороны бывший начальник Ронсу, с другой Лаур, который может приказать любому сотруднику что угодно. Роджер — та еще сволочь, между нами, — хассаби выразительно глянул, призывая не распространяться на этот счет.
Нахмурившись, осмысливала услышанное.
Круг подозреваемых расширился, заказчика надлежало искать в столице. Вот Лотеску, самого важного сразу не сказал! А тут и министерство, и столичная карательная, и таинственный список чиновников, алчущих повышения. Ради такого мать продашь, не то, что незнакомого человека подставишь.
— Хассаби, — предположение зрело и наконец оформилось, — не передавал ли господин Ронсу послу Сорнея слова нанимателя? Того же, который приказал сделать запись.
Начальник покачал головой.
— У меня другая версия. Вспомните разговор, фразы, которые употреблял господин Ронсу. Мы тогда еще думали о личине. Так вот, посредники говорят иначе. Может, вы неверно пересказали услышанное…
— Да нет, — медленно возразила я, припоминая, — верно. То есть некто прикинулся господином Ронсу, после избавился от маскарада и чествовал мэра.
— Среди гостей никого из столичной Карательной, — опередил вопрос хассаби, — уже проверил.
— Но ведь он мог прибыть в последнюю минуту, купить билет на чужое имя, — не сдавалась я.
— Угу, еще прилететь по воздуху! — с издевкой заметил начальник. — Скорее, его не посчитали нужным внести в списки.
— То есть пригласили лично, — подвела неутешительный итог. — Вы не помните, может, кто не задержался на приеме? Поздравил мэра и уехал, сославшись на дела.
— Меня долго в Большом зале не было, минут сорок точно.
— Тогда спросите охрану, вряд ли гость прокрался через черный ход. И с мэром поговорите, вы в хороших отношениях.
— Мы в никаких отношениях, Магдалена. Запомните, — преподал урок житейской мудрости хассаби, — дружат с должностью, а не с человеком. Господин мэр не пустит слезу, даже если меня убьют, с той же фальшивой улыбкой поздравит приемника.
Слово за слово, и часовая стрелка миновала цифру «двенадцать». Спохватившись, засобиралась домой. Надеюсь, поймаю извозчика. Домработница ушла, никто не закажет, придется искать самой. Хорошо, банковская карточка с собой, а так бы плелась через полгорода пешком.
— Оставайтесь, — решил проблему Лотеску. — В квартире есть гостевая.
Ну да, собственно, там мне предстояло провести страшную ночь прозрения, если бы спьяну не полезла к начальнику.
— Спасибо, но я вас стесню.
— Нисколько. Устраивайтесь. Как выйдете, третья дверь слева. Одеяла, подушки и прочее в кладовой. Ванной комнатой пользоваться можно, где она, помните.
Кивнула. Пусть мы никогда не обсуждали случившееся, грехопадение таки состоялось, и началось оно именно с ванной комнаты.
Забрав свой бокал, Лотеску ушел. Мой и бутылку оставил — на случай, если захочу полюбоваться ночным парком с балкона. Так и поступила, тактично дожидаясь, пока хозяин апартаментов совершит вечерний туалет.
Странное дело и немного странные отношения.
Стоп, а как же волос? Лотеску утверждал, он принадлежал убийце, а раз фальшивомонетчика прикончил господин Ронсу, начальник вычислил его задолго до гибели мимолетного развлечения.
Смерть блондинки тоже казалась театральной. Положим, маги многое умеют, допустим, Ронсу хотел, чтобы девушка оказалась под колесами огнемобиля хассаби, но откуда ему знать, какой дорогой мы поедем? И почему Лотеску вообще туда свернул? Ответ напрашивался один: спланировал.
