Пилот мечты

перепускного клапана, который отводит импульс из камеры сгорания в носовые дюзы. Не помню специального термина…
— Тормозной дроссель, — подсказал я. — Не важно.
— Не важно, — легко согласился капитан. — Важно то, что прерыватель сработал на дистанции километра до «Тьерра Фуэга», полностью заблокировав э-э-э… сервомотор тормозного дросселя. Прибор одноразовый, в него встроена емкость с карборановой кислотой, после срабатывания он должен был самоликвидироваться. «Андромеда» неизбежно пострадала бы, и никто не обратил бы внимания на небольшую оплавленность в блоке клапанов. Авария. Несчастный случай по вине пилота или техников. Но ликвидатор не сработал. Так что мы имеем прерыватель и факт несомненной диверсии.
Дальше мы разбирали базовый вопрос криминалистики: кому выгодно. Я — темпераментно, он — спокойно.
Выходило, что номер флуггера, на котором должен был лететь Андрей Румянцев, знало больше сотни человек, начиная с управляющих, заканчивая палубными техниками. И установить прерыватель могли многие.
— По данному факту будет проведено расследование, — обещал капитан. — Проверим алиби, мотивы и возможности всех фигурантов. Хотя я не исключаю, что злоумышленник вне списка подозреваемых. Как говорят в Европейской Директории: знают двое — знает свинья. А тут больше ста человек… Идите, Румянцев. И берегите себя.
Я ушел.
Секуристы трясли и хватали всех подряд. То есть очень тщательно вели следственные действия. Которые, как и следовало ожидать, результатов не принесли.
Я же залез в локальную сеть станции и проверил книгу посещений Сеньора Роблеса с 13–00, когда пришел запрос с Цандера, до 14–00, когда стало ясно, что полечу я.
Короткий список состоял из трех фамилий: Сантуш, Тосанен, Румянцев.
Лично мне все стало ясно.
А еще я испугался.

Август 2621 г.
Орбитальная база «Тьерра Фуэга»
Тремезианский пояс, система Лукреции, планета Цандер
«Общая численность „Эрмандады“ составляет 37,2 тыс. сотрудников, из которых 325 — военные пилоты второго и более высоких разрядов».
Негосударственные вооруженные структуры и НВФ. Коммюнике ГРУ ГШ ВКС РД от 01.07.2621 г.
Некоторое время все было спокойно. Но прав был Ахилл Мария Мигель да Вильямайора де ла Крус: я притягиваю неприятности, любят они меня. Так что спокойно было совсем недолго.
В результате этого самого «недолго» и тех самых неприятностей, которые до моего тела большие любители, я в третий раз оказался в обществе капитана «Эрмандады». И опять он был прав: новая встреча проходила в крайне неприятной обстановке. Я даже не знал, что на «Тьерра Фуэга» предусмотрены такие занятные помещения. Но чему удивляться? Одиннадцатый уровень — это одиннадцатый уровень, куда хода нет даже высокопоставленному херенте Роблесу.
Начну с конца.
В те часы конец был весьма близок, куда ближе, чем на Наотаре под прицелом джипсианских лазеров. Там я сидел за штурвалом боевого флуггера РОК-14 «Змей Горыныч» и воплощал собой боевую единицу некислого значения, то есть мог побороться за свою жизнь.
Здесь же я сидел на стальном кресле, прикрученный к подлокотникам, и всем своим видом воплощал ничтожество, то есть не мог побороться даже… да вообще ни за что!
— Вы не имеете права! У вас нет никаких доказательств моей вины. И вины никакой нет! — говорил я в сотый раз. — Вы должны передать мое дело в суд!
Говорил? Нет, не так. Сипел, так точнее.
— Что вы, сеньор! Мы имеем все мыслимые права, — вежливо отвечал мне Ахилл Мария как-его-там-дальше. — Вы не вполне точно информированы о нашей организации. «Эрмандада» — это не частная служба концернов, отнюдь. Счастливые обыватели Объединенных Наций пребывают в плену заблуждений на наш счет. Они уверены, что группа корпораций держит маленькую наемную службу безопасности, наподобие охранников в супермаркете. Это не так, уверяю вас. Причинно-следственные связи перепутаны — это мы, «Эрмандада», держим под опекой несколько крупнейших концернов. Не наоборот. Мы — армия, которая может делать в своей зоне ответственности все, что угодно. Тремезианский пояс не контролируется администрацией ОН, так что законы ОН здесь не действуют. Единственный закон здесь — это мы. И мы будем его защищать так, как сочтем нужным. Теперь вам ясна ситуация, сеньор Румянцев? Итак, вернемся к обсуждаемому вопросу: прошу вас, назовите счета в банках,