Война между Конкордией и Объединенными Нациями, возглавляемыми Российской Директорией, стала одним из крупнейших астрополитических потрясений третьего тысячелетия. В космосе сошлись бронированные армады. Сотни боевых звездолетов – линкоры, авианосцы, фрегаты, мониторы – обрушили друг на друга потоки стали и огня.
Авторы: Жуков Клим Александрович, Зорич Александр Владимирович
— Это тогда на Новогеоргиевске, когда я БРДМ угнал? Ее звали Лера!
— Точно, Лера, вспомнил. Она еще губу осаждала, мол, сатрапы, верните жениха! Ведь прописали же губу! Эх! Григорий, ты о чем вообще думал, когда из расположения БРДМ угонял?! Это ж подсудное дело! Можно было и под трибунал загреметь!
— Так, Слава, блин, мы же тогда полтора месяца в походе! Всем экипажем о бабах сновидели! А ты Лерку вспомни, вот и поймешь, о чем я думал, ха-ха-ха! Я бы не то что разведмашине, я бы звездолету ноги приделал!
Шубин и Бердник синхронно прыснули и расхохотались, словно забыв про меня, все еще тянущего струну.
— Я… ой не могу, Григорий… это ужас что такое… э-э-э… — Шубин вытер слезы платочком и, откашлявшись, постановил: — В общем, так. По справедливости. Ты, товарищ каперанг, тогда БРДМ свистнул? Свистнул. Из-за бабы? Из-за бабы. Тебя Канатчиков отмазал от трибунала? Отмазал. Потому что ты, Григорий, хороший истребитель! Хороший истребитель — наглый и ненормальный! Совсем как Румянцев. Вот мы с ним так же поступим. По справедливости. Только я буду вместо Канатчикова, а он вместо тебя, старого шалопая! Тем более отпуск ему все равно полагается. Пусть гуляет. Заслужил.
Эскадр-капитан перевел острый взгляд на меня. Теперь уже без тени веселости.
— Но! Пока не придет орден, будешь тянуть лямку в гарнизоне через день на ремень. Без замечаний, ты понял?
— Так! Точно! Товарищ! Эскадр! Капитан! — пятикратно гаркнул я, чуть челюсть не вывихнул, и эхо в коридоре отозвалось.
— Тогда — кругом! Иди принимай новый «Дюрандаль», взамен угробленного. — Бердник изобразил в воздухе этакий скрипичный ключ, как дирижер перед оркестром. — И не забудь Владислава Аркадьевича поздравить с контр-адмиралом!
Покидая начальственные вершины через затворяющуюся дверь, я слышал голоса, которые говорили, что тьфу-тьфу, это еще бабка надвое сказала, и ничего не тьфу-тьфу, хоть натрое, а звезды надо обмыть — традиция.
Итак, вот она: Крепость Керсасп через три дня после сражения.
Оплавленные, кое-где по-прежнему дымящиеся огарки башен ПКО, куча инженерной техники трудится над инфраструктурой, временные казармы из жилых модулей и административное здание возле флуггерного космодрома.
В администрации, на скорую руку залатанной, обитает разнообразное командование москитных сил. А все вместе мы — гарнизон Крепости Керсасп. Часть грандиозного оккупационного корпуса, который разместился на Паркиде, пока не утрясут с Конкордией детали капитуляции.
Теоретически Второе Гвардейское пребывает в ожидании свежего авианосца — не все же нам на «Дзуйхо» рассекать, гадая, когда же старое корыто окончательно растрескается. Практически же мы пока что являем собой крепостное авиакрыло, то есть соединение стационарного, в нашем случае — наземного базирования.
Нам обещают новенький «Рюрик», но его пока не видать, а службы навалилось по самые глаза.
Война окончена, а значит: устав, рутина, сдал-принял, офицер на палубе, разрешите исполнять, а еще пониженная гравитация и прочее. Прочее — это Бирб, чья бурная магнитосфера провоцирует вспышки головной боли, а также желание немедленно повеситься.
Товарищи в свободные минуты вовсю гуляют (теперь-то наш боевитый народ заприметил шикарных официанток, которыми нас осчастливили!). А я не гуляю. Более того, пребываю в романтической депрессии. Потому что госпитальное судно «Святитель Пантелеймон» с Рошни на борту отбыло вчера на планету С-801-7.
На руки медицине мы сдали мою любовь вместе с доком Скальпелем, который вызвался сопроводить и убедиться, что всё по рецептуре. Рошни постоянно находилась под воздействием сильнейших препаратов, в сознание так и не пришла, и я не смог с ней попрощаться.
Точнее, сказать «до свидания». Именно так, ведь после слов Владислава Аркадьевича я был уверен, что свидание обязательно состоится.
Но какое оно выйдет, свидание?..
Этого-то я и страшился. А то хорош жених, просто блеск! Выпотрошил невесту в бою, практически угробил. Это уже не Ромео и Джульетта! Это, я не знаю… Ахилл и Пантасилея! Так, да?
Кстати, об Ахилле.
Ахилл-Мария Мигель де Вильямайора де ла Крус локализовался в пространстве совсем неподалеку — в расположении 11-й штурмовой бригады. А вместе с ним прочие мои закадычные недруги: Салман дель Пино, док Скальпель и на закуску — Просперо Альба де Толедо.
То есть поймите правильно: у меня и мысли не появлялось насчет забежать к ближайшему контрразведчику и сообщить некоторые моменты их геройских биографий. Хотя было что сообщать, о да!
Но факт есть факт — всей честной компании Румянцев теперь по гроб обязан. А кроме того, ну не
