Война между Конкордией и Объединенными Нациями, возглавляемыми Российской Директорией, стала одним из крупнейших астрополитических потрясений третьего тысячелетия. В космосе сошлись бронированные армады. Сотни боевых звездолетов – линкоры, авианосцы, фрегаты, мониторы – обрушили друг на друга потоки стали и огня.
Авторы: Жуков Клим Александрович, Зорич Александр Владимирович
осколками двигательное отделение мобиля. Заотар уцелел.
Потом была нелепая перестрелка в порту. Один убитый, трое раненых. Взрыв монорельса в горах. Взрыв полицейского участка в городе. Потом взрыв на сталелитейном заводе. Вот это вышло совсем нехорошо — два цеха остановились на неделю, одиннадцать погибших.
Пришла гневная телеграмма из штаба Синапского пояса. Фраваруз Сахим запросил помощи, так как строевая пехота явно не справлялась. В ответ генерал Кирьяш прилюдно изругал его «болваном с клонированными мозгами»! Его! Потомственного пехлевана!
Наконец, вчера ночью перестрелка на космодроме. Настоящее побоище, с пулеметами, гранатами, плазмометами. Хорошо еще, что диверсантов встретили егеря «Атурана», спешно переброшенные на Махаон из метрополии.
Плохо было другое: егеря ему не подчинялись, и полковник не знал точных результатов ночного сражения. Нюх опытного служаки подсказывал: вот из-за этих-то результатов его поволокли «на ковер» к начальству.
«Генерал Кирьяш отличается завидной мстительностью, — думал полковник. — Если он проведал о моих жалобах в штаб Синапского пояса, которые я подавал тайно, через его голову…»
Словом, настроение портилось на глазах, а будущее выглядело мрачнее грозовой тучи во время урагана в степи под Хосровом.
Десантно-штурмовой «Хайштар» взлетел с космодрома, быстро набрал высоту. Под брюхом неслась заснеженная тайга, а на одинокого полковника из блистера то и дело поглядывал бортстрелок. Догадывался, паразит, что командир едет за головомойкой! Такие новости быстро разносятся.
Головомойка вышла знатная.
«Хайштар» заложил посадочный круг над развалинами Кирты и приземлился в свежем, чистеньком военном городке, где совсем недавно квартировала мобильная пехота нечестивых друджвантов, а ныне располагалась генеральная комендатура Махаона.
— Полковник Фраваруз Сахим, — представился он на проходной.
Солдат уставился в планшет с записями посетителей и попросил подождать. Короткий диалог и неожиданное резюме:
— Господин полковник, господин генерал ожидают вас в медчасти. Сейчас я выделю вам провожатого.
Фраваруз изумился: медчасть? Не самое обычное место для приема! Но виду, конечно же, не подал.
— Не надо. Я знаю куда идти, — ответил он.
На проходной медчасти, приземистого двухэтажного госпиталя, его огорошили пуще прежнего, попросив проследовать в… морг.
В морге, прямо в мертвецкой, его встретили: главный медик, незнакомый егерский майор в полевой форме (надо полагать, командир батальона подкреплений) и сам генерал Бахман Кирьяш.
Троица стояла подле столов, накрытых белыми простынями, сиявшими недобрым отраженным светом потолочных панелей. В воздухе стоял запах горелой плоти. Лицо доктора скрывала респираторная маска, а в ноздрях генерала виднелись тампоны. Егерь обходился так, без изоляции дыхательных путей, хотя воняло мерзостно.
Генерал нахмурился, усы встопорщились, и он стал похож на редкую разновидность моржа-брюнета.
— Не нравится, полковник? — спросил он, не поздоровавшись. — Не надо говорить, чтобы я вставал на путь Солнца — давно на нем. Вы лучше понюхайте! Я понюхал, теперь ваша очередь!
Фраваруз вытянулся по стойке «смирно» и ничего не ответил.
— Вот, полковник. Люди господина майора доставили сегодня в пять утра, — жест в сторону столов. — Не желаете полюбопытствовать?
Простыни одна за другой полетели на пол. Четыре стола — четыре тела. Одно еще неплохо сохранилось — всего лишь строчка кровавых дыр поперек груди.
Остальные…
Второе тело — будто попало в камнедробилку. Изорванная грудная клетка, вместо живота — месиво, рука — костяной лом на нитях сухожилий в обрывках мяса. Рот, раззявленный в беззвучном вопле.
«Пулемет, — автоматически отметил Фраваруз, чуя подступающую тошноту. — Пулемет в упор, метров с десяти».
Двое других были вовсе некомплектны. Одно тело обуглено, вместо ног и таза — головешки. Второе без головы и правого плеча, тоже сожженное.
«А это плазмомет», — подумал полковник.
О да, он видел лицо войны. Вот такое, страшное, безо всякой романтической кисеи. Но на поле боя, из-за надежного бронезабрала все выглядит совсем иначе, чем здесь, в мертвецкой, со всеми ее запахами и загробным синим светом.
— Интересуетесь? — ехидно спросил генерал. — Не угодно ли в туалетную комнату, поблевать? Нет? Тогда…
Дальше ашвант Кирьяш не говорил, рычал.
На остальных столах лежали остатки боевых скафандров «Валдай». Чертов осназ русских — никаких сомнений. «Валдаями» оснащались только эти части. Четыре трупа — результат
