Пилот особого назначения

но конкретная форма и размеры уникальны – ни одного одинакового. Он их тогда хорошо разглядел – было время.
– Что дальше?
– Да ничего. Чужаки убрались. Наши прилетели домой на куске клонской колымаги – той, что попала в лямбда-сферу уцелевшего двигателя. Слили нам эту историю, постирали панталоны и – дальше работать.
– Как бы мне с этим вашим Этьеном поговорить? А, Чарли?
– Если только запасешься столом для спиритического сеанса. Этьена грохнула «Эрмандада». Кажется в сентябре.
– Это точно все?
– Точно. Кроме того, что я рассказывал перед гонками. Насчет того, что чужаков видели в системе Моргенштерн. Слушай, а что это за корабли такие, а?
– Вопросы здесь задаю я! – С наслаждением отрезал ваш верный рассказчик. – Эх, Чарли, зачем только я тогда тебе заплатил?
– А ты как хотел? Я свою жизнь оцениваю сильно дороже вонючих десяти хрустов! Вот видишь: пригодились сведения!
– Не поспорить… Ладно. Бывай. Замолвлю за тебя словечко. Заработал.
Небраску увели, а мы со Степашиным доложились Иванову. В том духе, что Блад, похоже, свихнулся на религиозной почве, а Небраска раскололся.
– Альцион… Береника… – пожевал губами уполномоченный. – Негусто. Жаль. Но вы молодцом! Оба. Ступайте отдыхать. Лев, рапорт, так и быть, подождет завтрашнего вечера. Альцион… Надо проверять! Всё, ступайте. Здесь без вас есть кому распорядиться.
И мы удалились.
Когда я проснулся на «Дзуйхо» (первое полноценное общение с подушкой с начала всей этой безумной свистопляски, между прочим!) меня нашла Александра и сообщила, что некая Фэйри Вильсон выхватила из бедренной кобуры одного осназовца пистолет и разрядила его себе в рот.
Слава тебе, Господи, что я не видел, как красивая голова Фэйри разлетается на куски, покорная безжалостной воле девятимиллиметрового тропфен-кугеля.
Я не стал даже выяснять, что будет с остальными, потому что какая теперь разница!

Декабрь, 2621 г. Космодром Новогеоргиевск. Планета Грозный, система Секунда, Синапский пояс.
C большим размахом прошли юбилейные мероприятия в связи с годовщиной учреждения Совета Директоров. В деловых кругах с удивлением отметили отсутствие на празднике директора тяжелой и специальной промышленности, товарища Растова. Если вспомнить, что Растов отказался и от публичного торжества по поводу собственного пятидесятилетия в прошлом марте, а также и от участия в официальных мероприятиях на Дне Столицы, закономерно встает вопрос: собирается ли товарищ директор продолжать политическую карьеру, или вознамерился уйти на заслуженный покой?
Газета «Деловая Москва»
До сих пор не представляю, кем был товарищ Иванов. То есть теперь я узнал и как его зовут, и воинское звание, только ерунда это все. Масштаба фигуры, которая находилась рядом, не постичь. Да и сегодня в этом отношении мало что изменилось.
Он был очень тяжелый, неприятный человек. Простое пребывание в одном помещении с ним здорово выматывало, будто кирпичи таскаешь. Но он был человек . Много встречал сильных людей, да только рядом с товарищем уполномоченным все они – как электромобиль рядом с истребителем.
Нас он не щадил. Подчиненные были для него инструментом. Да только и себя он не щадил.
Когда мы вернулись на Грозный, не успел изрубленный «Левиафан» встать в орбитальный док на ремонт, товарищ Иванов сделал нам ручкой, пересел на «Кирасир» и куда-то усвистал. Даже не позавтракал, я уж не говорю о койке. А о ней во всю ширь своих душ мечтали парни куда моложе и крепче физически.
«Дзуйхо» маневрировал по высокой орбите, наматывая прицельные витки, а его высокопревосходительство зашел к нам в трапезную, о чем-то посекретничать с Александрой. Он был опять в костюме и надраенных старомодных ботинках, выбритый, прямой и годный к употреблению.
– Товарищ Иванов! – Позвал его Степашин, откладывая вилку с изрядным куском омлета. – А что же покушать? Давайте к нам!
– Некогда, Лев! – Отмахнулся тот. – Время не ждет – на фрегате позавтракаю.
И убежал, если его манеру перемещаться можно назвать столь громким термином.
– Он вообще когда-нибудь спит? Ест? – Спросил боец осназа Щедролосев, который, не чинясь, сидел за командирским столом в офицерской столовой.
– Было дело… пару раз, – рассеянно отозвалась подошедшая Александра.
– Куда его понесло? – спросил Сантуш.
– Да, в самом деле, куда? «Левиафан» захватили, пиратов угомонили, все круто! – Поддержал Ревенко.
Александра ответила в том духе, чтобы мы кушали, отдыхали и набирались сил. За нас уже подумали – как-то так.
Два дня