Пилот особого назначения

точно, куда они собрались, но полетят они в систему Ташмету – это я вам говорю…
Ахилл Мария ткнул сигарой в сторону переборки, где должны были находиться «дармоеды».
– Не перебивай меня, Просперо! – Хотя тот и не думал. – Так вот… Я не знаю, как ты это сделаешь, но разведка не должна никуда полететь. Более того, о разведке все должны забыть на некоторое время. У тебя все полномочия по варианту «Аутодафе». В этот раз я не хочу и не должен знать деталей. Ты меня понял?
Капитан переваривал услышанное. Выходило не очень. Несварение выходило, грозящее изжогой в сознании.
– Я все понял, Ахилл. – Он обратился к начальнику по имени, подчеркивая, что будет говорить неофициально. – Я все сделаю. И я даже не спрошу зачем. Но «Аутодафе» – не крутовато ли? Скажи мне, Ахилл, не по службе, по душе скажи: ты уверен? Даже не так: ты уверен ?! Это же наши, да еще из разведки…
Подполковник выпустил в подволок клуб дыма, закрутивший недолгий балет в лучах световой панели.
– Уверен. Более того: у нас нет выбора. У меня его нет. Приступай. Иди.
Он больше не смотрел на своего протеже. Он смотрел на дымовороты, умножая энтропию в каюте и собственном организме.
Де Толедо встал и раскланялся. Возле дверей Ахилл Мария его окликнул.
– Просперо! Прости, что впутываю. Этим должен заниматься я лично. Но в этот раз не могу. Нельзя. И вот еще что: задействуй Хесуса.
Насчет «чинов флотской разведки» Ахилл Мария и его подчиненный заблуждались дуэтом. Чин был один, остальные двое – флотские офицеры в штатском платье. Да не просто офицеры. Охрана плюс оперативный резерв «на всякий случай». Оба происходили из знаменитой разведывательно-диверсионной группы «Скорцени», в которой в свое время тянул лямку некий Салман дель Пино.
«Знаменитой» группа была лишь в узких кругах, так как обыватель наслышан, в основном, насчет штурмовых бригад десанта и осназа мобильной пехоты. Официально по документам группа проходила как 2-я дон – дивизия особого назначения ГРУ ВКС (ЦП). ЦП означает центральное подчинение в ведомстве Главного Штаба Объединенной Группы Флотов.
1-ая дивизия из серии знаменитых – группа «Судоплатов», которая формировалась преимущественно в Российской Директории. 3-я «Хаттори» – из Директорий Ниппон, Океания и Азия. Ну а «Скорцени» собирала личный состав в Европе и обеих Америках.
Дивизия – это, конечно, громко сказано, так как численность ее не превосходила батальона усиленного состава – шесть-семь рот, согласно специализации.
Два человека в резерве – это смешно, скажете вы? Конечно, если они не из группы «Скорцени». Да и разумно ли портить конспирацию полнокровным взводом осназа? В разведке работает правило «лучше меньше да лучше», против рядовых флотских задач, где «меньше», зачастую, означает проблемы катастрофического масштаба.
Разведчики прибыли на «Тьерра Фуэга» ранним утром, намереваясь осмотреться и навести контакт с самыми информированными коллегами в секторе – с «Эрмандадой».
Межведомственное общение заняло чуть меньше суток. Глава группы, полковник Пуэбло, взял на заметку явное невнимание «Эрмандады» к интересующему их региону – системам Иштар и Ташмету. И вот настала пора лететь к «Амазонии» за необходимой матчастью.
Разведчики (точнее, разведчик и два убийцы) вошли в ангар, где их дожидался «Кирасир» и очищенная от местных аборигенов палуба Б.
– Господин полковник, личный состав согласно вашему распоряжению… – начал было доклад лейтенант СТР – службы технической разведки.
– Оставьте, – поморщился Пуэбло. – Сколько можно просить, чтобы без этих церемоний с вытаращенными глазами…
– Виноват, господин полковник! – Лихо извинился лейтенант и прекратил козырять, приняв стойку «вольно».
– Пилоты готовы? Флуггер готов? Тогда давайте тихо на борт и полетели… Время, время, лейтенант! И не надо говорить «Слушаюсь, господин полковник», я уже в курсе.
Все трое переглянулись. Во взглядах читалось: «Вот откуда набирают таких дуболомов?! И куда?! В разведку!»
Палуба окончательно опустела – «Кирасир» принял людей и пополз к шлюзу, покорный ленте транспортера. Вскоре за ним сомкнулась диафрагма, а потом и перепускные ворота. Загорелось табло «Катапульта готова», что означало – с той стороны поднимается броня, за которой притаился злой и голодный космос.
Еще через минуту надпись сменилась на другую: «Есть старт», а потом и: «Шлюз герметизирован».
«Кирасир» оказался в родной для флуггера стихии. Некоторое время он скользил, движимый лишь импульсом, полученным от катапульты, после чего корма расцвела маршевыми огнями. Огромный сдвоенный крест станции стал уменьшаться, отставать, пока не выродился в точку.