Пилот особого назначения

«Эрмандады» на киле.
– Какое у него ускорение, вот интересно?
– Откуда я знаю?
– Ну ты же пилот!
– Чудак человек! Где?
– Что «где»?
– Ускоряться ты где собрался ? В космосе? В атмосфере? Какой атмосфере? Какая гравитация планеты? Погодные условия? Взлетаешь ты или пикируешь? Что ты узнать-то хотел?
– Во зануда!
– И не говори!
– Академик хренов, это называется «удельный импульс двигателя»! Ты вообще чему учился в своей академии?!
– СР-сканированию, вообще-то.
– Сколько такая штука стоит, вот что интересно?
– Пятьсот тысяч в стандартной комплектации, я узнавал. Только у этого комплектация явно нестандартная. Видишь, фрагмент днища выдвигается на палубу вместе с салоном? Ну, чтобы пассажиры ноженьки не натрудили? Это вообще только на заказ делают, «Хинете» Х-5! В серии таких нет.
– Ах-х-хренеть!
– Там не серия – смех. Полсотни машин в год.
– Красиво жить не запретишь, да!
Нибелунг и Вест в обсуждении принимали участие на «необходимо-достаточном» уровне, чтобы не вызывать подозрений у местных. Их внимание было поглощено окружающим пейзажем, особенно сейчас, когда до отлета оставалось меньше часа.
Например, Нибелунг ухватил взглядом двух эрмандадовцев, которые неспешно шествовали по палубе, направляясь к «Хинете».
– Вест, «безопасность» на три часа, – сказал он в рацию на всякий случай.
– Вижу.
В самом деле, какого лешего «Эрмандаду» принесло в крепость? Это не их территория. На заметку.
– Вон, хозяева идут, – бросил кто-то из скучающих разведчиков.
– Ага, они, – согласились с ним. – Шевроны видал?
– Красивая у них парадка…
– Это повседневка! Ты бы парадку видел! Все в эполетах, аксельбантах, мрак, короче, попугаи!
– А повседневка красивая.
– Факт.
Нибелунг оставил эрмандадовцев с их красивой формой на попечение Веста, тем более что гуляли они с его стороны, а сам сфокусировался на ТЗМках и заправщиках.
Между тем, секуридады прогуливались не спеша с умыслом. Они разглядывали разведгруппу не менее внимательно, чем она их.
– Смотри, – шепнул де Толедо, – видишь двое в монтажных шлемах и комбезах? Это ребята из «Скорцени».
– Ну мастера! – Восхитился второй, пилот Рауль Очоа. – Как загримировались, вообще не узнать!
– Ты уверен, что все сделал верно?
– Просперо…
– Докладывай, ты, убоище!
– Все четко, по инструкции. – Рауль на секунду замер. – Слушай, как-то оно нервно: а если не сработает? Может надо проконтролировать?
– Кого ты проконтролируешь? Если не сработает? Ты собрался схватиться с этими? Проживешь секунд пять, и то много. Так, время! Марш на борт, пора отваливать!
Под брюхами «Кассиопей» копошилась ТЗМ, возле кормы разворачивали топливные штанги заправщиков, а с борта «Хинете» уже запросили взлет. Транспортер, рыча натруженным механизмом, вывел флуггер в шлюз, катапульта пнула его в пространство.
Нибелунг верил полученной подготовке, опыту, но, более всего, интуиции, потому прожил целых десять лет.
В его карьере было чем гордиться. Например, он в одиночку ликвидировал пару умников (какие-то очень ценные ученые – муж с женой), которые инсценировали свою смерть, а сами бежали в Конкордию. Нибелунг перевел их статус-кво к фактическому состоянию прямо на улице Хосрова – клонской столицы. Ножом.
Банально? Банально. Но попробовали бы вы оттуда эвакуироваться после акции!
Были моменты страшные. Нибелунг предпочитал не вспоминать схватку с эзошами на одном безымянном планетоиде, когда их группа недосчиталась четырнадцати человек! Вест там, кстати, тоже был и выжил.
Один эпизод казался совершенно отвратительным, его Готфрид не любил и постарался запечатать в самой дальней кладовке памяти. Тогда им приказали зачистить базу на Бартель Два. Целая рота из его родной дивизии «Скорцени» не смогла выполнить задание, нарушила режим секретности и ее накрыли с орбиты главным калибром линкора. А они дочищали. Своих коллег. Братьев.
Так что с интуицией у Нибелунга был полный порядок. И сейчас она буквально вопила.
Ему очень, очень не нравился поезд ТЗМки. Конкретнее – персонал. Совсем точно – один инженер, который уже минут пять выстукивал что-то на планшете, подключив его к внешнему разъему пусковых контейнеров.
Вот и камарад Вест семафорит: проверь! Опасность!
Он не спеша, вразвалочку, прошел сквозь суету техперсонала, похлопал инженера по плечу и дружелюбно спросил:
– Амиго! Чего ты так долго? Может помочь?
«Амиго» обернулся.
Медленно. Совсем не так, как полагается человеку, которого внезапно хлопают по плечу.
Глаза уже смотрят на Нибелунга, а пальцы продолжают