Пилот особого назначения

сейчас была бы кстати. А еще лучше тяжесть укороченного пистолета-пулемета «Куадж» подмышкой.
Керуш мысленно себя одернул и ступил за линию деревьев.
Парк изнутри – темный храм в окружении световых стен и башен – это десять тысяч огней города били в тучи и растекались по ним в огромную сферу света. Отчего в парке было еще темнее, а сверху продолжал сыпаться мелкий, сухой снег.
Керуш легко и безошибочно вышел к метке.
Проклятый снег! Отчего русские норовят всюду найти себе Сибирь?! На пустом континенте с прекрасной субтропической зоной столицу надо непременно задвинуть в самое сердце холодной тайги! Знак начисто занесло, пришлось раскидать белую крупу, и тут Керуш увидел, что метки нет. Она не просто нарушена, ее нет!
Он повернулся к алее, относительно которой находил ориентир – все верно, место правильное. Неужели тайник вскрыт?!
А когда повернулся обратно, прямо перед ним стоял невысокий человек в темном пальто с высоким воротом и теплой кепке-двукозырке.
– Привет! – сказал он.
Керуш молча и страшно ударил его сложенными пальцами, метя в селезенку. «Копье верных» легко пронзило мишень. Навылет. Не встретив сопротивления. Вообще. А человек по-прежнему стоял на месте и улыбался. Удар был так силен, что разведчика занесло, а рука его погрузилась в тело визави по локоть.
– Это как?! – выдохнул он.
– Это вот так, – ответили ему сзади.
Он успел ударить на голос, но еще раньше его головы легонько коснулись пальцы в перчатке, в голове взорвалась бомба, ночной парк завертелся каруселью и Керуш потерял сознание. Лейтенант выдерживал зубодробительные апперкоты профессиональных боксеров, а этого человечка сумел бы завязать в двойной морской с закрытыми глазами. Если бы успел.
Потому что с той поры, когда Бог создал сильных и слабых, а полковник Кольт их уравнял, прошло очень много времени, а разнообразных уравнителей стало куда как больше. Человек в пальто вынул из-под перчатки диск – генератор волновых колебаний, способных в максимуме расколоть дюймовое бронестекло.
– Это вот та-а-ак, – задумчиво повторил он, выключил миниатюрный голографический проектор, формировавший его двойника, и, выказав недюжинную силу, взвалил Керуша на плечо. За деревьями человека ждал мобиль.
– Просыпайтесь, просыпайтесь, симпатичнейший господин Нэвид! – лейтенант попытался игнорировать голос, но тот легко пробивался через забытье.
Он попробовал открыть глаза. Получилось. Попробовал пошевелиться – не вышло.
– Как вы себя чувствуете? – Участливо спросил голос, именно голос, так как его обладатель находился вне зоны видимости.
Чувствовал Керуш на удивление. После адского удара в голову он думал, что умер. А теперь саднит левый висок и слегка плывет перед глазами. Хотя можно было ожидать тяжелого сотрясения.
– Где я? – спросил разведчик и опять попытался пошевелиться.
– А вы попробуйте определить! – предложил голос и в обзор вплыл человек.
Керуш определил, что он лежит на холодной, видимо, металлической поверхности, прикрученный к ней полимерными лямками. Вокруг серый пенобетон и больше ничего.
– Подвал? Я в подвале? – Предположил он, все еще не вполне осознавая всю нелепость и беспомощность своего положения.
– Прекрасно! Я вижу, вы пришли в себя окончательно! Совершенно верно, мы в подвале!
– Вы… кто? Немедленно отвяжите меня, я сотрудник консульства Великой Конкордии! – в этот момент до Керуша дошло, что он разговаривает на фарси, а человек ему отвечает на очень чистом фарси, будто он родился в Хосрове, ну или Тебризе.
Человек…
Он был среднего роста, худой, но не слишком, лицо имел бледное, с блеклыми какими-то волосами и такими же бесцветными глазами. Весь облик был настолько нейтрален, что являл абсолютный информационный нуль. Теперь лейтенант вспомнил его.
Да-да. Это был он. Человек невидимка. Господин Топ-топ.
Он ходил вокруг него, не прячась, практически в открытую, но Керуш его не замечал. По этой скользкой внешности взгляд проскальзывал, как по льду, не встречая смыслового сопротивления, которое и заставляет нас рассматривать и запоминать.
– Отвязать?… Хм-м-м… Пожалуй, нет.
– Что вы себе позволяете?! – взревел Керуш и с силой рванулся, но путы держали крепко.
– Позволяю себе представиться, – человек задумался на секунду, поджав тонкие губы. –Зовите меня… скажем… мистер Фарагут, Дик Фарагут. Впрочем, ваше коллеги и… мнэ-э-э… конструктивные антагонисты из флотской разведки знали меня как Доктора Скальпеля, если вам это о чем-нибудь говорит. Не говорит? Ну да ладно.
– Что за игры!? – снова закричал Керуш. – Немедленно выпустите меня, клянусь Ашей, или вы пожалеете!
Человек