Пилот особого назначения

не скажет, потому как нет никакого названия. Мы, как и вы, юридически не существуем. Но более чем деятельно работаем. Только цели наши прямо противоположны. Так что: вы из Братства, и мы из Братства. Ну-с, начнем разговор? – первый подвигает стул и садится. Женщина встает за спинкой.
– Вы где-то ошибаетесь. Я – вице-президент Евростага. Член Расширенного Совета Обороны…
– Начальник отдела тылового снабжения по сектору Атлантической Директории, – закончила за него женщина. – Повторю вполне очевидный факт: мы знаем кто вы. Знаем, что вы летели на наш штабной корабль «Урал». Знаем график ваших перемещений. Мы вообще очень много о вас знаем, брат Лебедь!
«А ведь это, пожалуй, конец…»
– Не надо отпираться, – продолжает первый. – Игра ваша бита. Вы тоже профи, так имейте мужество проиграть как профи.
Он снова потряс в воздухе диском.
– Вот здесь хватит на двадцать смертных приговоров. Но, если вы поможете сейчас, я гарантирую вполне комфортабельное тюремное заключение до конца войны. Потом без всякой огласки вы подаете в отставку по состоянию здоровья и улетаете в любую колонию, которая вам нравится. Более того: никакой конфискации имущества. Мы все сохраним за вами. Условия два: во-первых, вы сдаете всю вашу организацию…. В доступных вам пределах информированности. Во-вторых, оставляете все официальные посты с последующим выездом. Никакого преследования. Никакого позора. Хотя и заслужили вы…
– Да вас четвертовать мало! – восклицает женщина. Впрочем, восклицание читается только по эмоциональному жесту – голос остается голосом заторможенного андроида. – Из-за вас погибли и еще погибнут миллионы людей! Вы и ваши друзья развязали войну!
«Мужество… что там этот русский говорил о мужестве?» – в национальной принадлежности своих визави лорд более не сомневается – какие-то чины из ГАБ, решившиеся на самодеятельность.
«Имейте мужество… пожалуй, только это и остается.»
– Итак, – первый нагибается вперед, – вопрос: стратегические цели вашей организации? Да, вы развязали войну, столкнули лбами нас и Конкордию. Но зачем?
– Наша цель, – отвечает лорд Этли, – мир во всем мире и счастье человечества.
– Ёрничаете?
– Ничуть не бывало. Говорю со всей серьезностью и осознанием момента.
«Зато, с великой вероятностью, уцелеет Саймон. Это сейчас самое главное».
– Мой друг, – жужжит электрический голос первого, – мы в любом случае всё узнаем. Химией вас колоть бесполезно, я понимаю. Но ведь есть масса старомодных способов! И времени у нас предостаточно! Сейчас мы движемся в направлении одного уютного планетоида, где у нас есть небольшая база с отличными специалистами. Вас там обработают так, что персидская казнь в медном быке покажется инфракрасной сауной! Война кончится, быстро или нет, но вам это уже не поможет. Осознаете ли вы, что вас там превратят в овощ, но выведают всё, мельчайшие детали? Зачем это при перспективах, которые я обрисовал? Вы же разумный человек!
«Кто же меня сдал? Вот вопрос… Кто крыса у клонов, а? А у нас? По чьей инициативе? Кто знал о времени полета? А пожалуй, что лично товарищ Растов! Кто еще мог санкционировать такое? Или не санкционировать. Просто закрыть глаза. И как удачно перебросили орбитальную крепость! Помешать никто не мог. Свидетелей захвата нет. Концы в воду… Значит, Растов в курсе.»
– Я разумный человек. Допустим. Но вы же понимаете, что мне в зеркало будет стыдно смотреть, если я сдам своих соратников, а сам укачу на курорт?
– Отлично! – первый хлопнул рукой по колену. – Вы уже не запираетесь. Начало диалогу положено! Вы же знаете: вашей организации конец. Вопрос лишь времени. Время поможет сэкономить жизни. Друзьям вашим по обе стороны границы ничего хорошего не светит. С вами или без вас. Хотите воды?
– Пожалуйста.
Врач оторвался от медаппарата, и из-за головы Этли появилась рука со стаканом. Лорд в три глотка выпил содержимое.
«Вкусно! Какая же вкусная бывает вода! Жаль коньяку не предлагают. Какой был замечательный урожай в 2570!»
– Итак, начнем с целей. Имена, явки с паролями – это все пустое. Потом. Пока мне интересно: чего же вы добивались?
– Господин Аноним, ничего, что я вас так?
– Ничего.
Женщина тихо фыркнула, и этот очень человеческий звук прозвучал так неестественно под гнетом нановставки!
– Я был абсолютно серьезен, когда говорил о счастье. Война – средство.
– Это понятно. Война – всегда средство, – сказала женщина.
– Вопрос, для чего? – продолжил лорд. – Конкордия и ОН, в нашем представлении, абсолютно больные и нежизнеспособные монстры… не перебивайте… я пытаюсь донести мысль в общем, принцип… Итак. Монстры – это именно государства, под гнетом