Пилот вне закона

мальчик, это не допрос, мы говорим неофициально. Если ты думаешь, что я приперся в этот занюханный парк, чтобы тебя в чем-то обвинять, ты плохо думаешь о своем учителе. — Он потер шрам, пересекавший щеку и подусье. — Я просто спрашиваю по-дружески: что все это значит?
— Это не значит ничего, ровным счетом ничего, — отрезал подполковник, лихорадочно размышляя, как составить рапорт брату Лебедю.
Рапорт был необходим, но и генерала подставлять под удар не хотелось, как-никак учитель, почти второй отец. А в том, что брат Лебедь мог нанести этот удар, он не сомневался. Как бы намекнуть старому служаке, что копать в этом направлении, даже неофициально копать, — смертельная опасность?
Без рапорта не обойтись. Не дай Бог, Братство прознает подробности? Тогда под удар попадет он сам…
— Я уже говорил: сектор в моем ведении. Никто лучше меня не разбирается в ситуации. Я просто делаю свою работу.
— Хорошо… — Генерал вздохнул и опять потеребил шрам. — Хорошо. Я поставлю вопрос шире: ты сам отдаешь себе отчет в своих действиях? Ты уверен, что должен играть в эти игры? Я разведчик, сынок. Стаж оперативной работы без малого сорок лет. Я отлично знаю, что, если я не могу доказать нечто, это вовсе не значит, что это нечто — плод моего воображения. Игра идет, и очень крупная игра. Итак?
— Не уверен, что я вас понимаю. Но если вы настаиваете — да, я полностью отдаю отчет в своих действиях.
— Ну-ну, не надо так официально. Понимать здесь нечего: только слепой не видит, что скоро будет война. Я о профессионалах говорю, понятное дело. Когда все начнется… а, к дьяволу!.. Ахилл! Заявляю, на этот раз официально заявляю — для тех, кто стоит над тобой: я, дон Бенволио де Эскобар, не буду проводить разработку темы. Никак. Тем более не буду учинять служебных разбирательств по этому вопросу. У меня внуки подрастают, я не могу так рисковать. Но когда все начнется, а точнее, соберется начинаться, прошу тебя: дай знать. Один ничего не значащий намек, я все пойму. И будь осторожен. Потому что, когда заиграет музыка, вам здесь танцевать придется первыми… Ладно. Я вижу, говорить ты не настроен. Ступай. До завтра.
 
С генералом Ахилл Мария расстался в самом паршивом настроении, хотя виду не подал. Однако дон видел его насквозь, видел лучше любого рентгена. Он сомневался, что вообще возможно что-то скрыть от этого СР-сканера на двух ногах. По крайней мере, ему.
Собственно, один вопрос: в какой форме доложить брату Лебедю?
Генерал что-то знает, что именно — неизвестно, но обещал не стучать? Не трогайте старика, он человек чести, если обещал, сделает?
Смешно и глупо! Если не детский сад, то начальная школа уж точно.
В эти минуты на исходе утра подполковник мечтал, чтобы что-нибудь взорвалось. Что-нибудь размером со склад ядерных боеприпасов, чтобы его оставили в покое и временно забыли.
До трех пополудни он разбирал дела в управлении «Эрмандады», куда заявился без предупреждения, вызвав штормовой переполох.
В любом другом случае приятно было бы поглядеть на перепуганные рожи подчиненных, с которых разом пропали расслабление и блаженство. Еще большую радость могли доставить те самые жулики, коих приволокли в околоток.
Но только не сегодня.
Ахилл Мария заперся в кабинете начальника управления и шерстил документы на планшете, когда в дверь постучали и сообщили, что жулики в количестве четырех человек оформлены по полной схеме и доставлены пред ясны очи.
Он не сразу вспомнил, что вообще за притча, а когда вспомнил, заговорил с дежурным тихо и вежливо, отчего тот сразу потек.
— Вы считаете, лейтенант, что они заслуживают моего внимания? Что, простите? Я не слышу! Нет? Тогда зачем вы отрываете меня от работы? Извольте думать и только потом делать. Свободны.
Без десяти минут три он начал тревожно поглядывать на коммуникатор, так как подходило время связи с Финном. Его пунктуальность не дала сбоя и на этот раз. Ровно в три часа пришло уведомление о письме.
Ахилл Мария открыл сетевой скроллер.
Письмо. Адрес отправителя зарегистрирован в системе Феркад Майор, что весьма предусмотрительно.
Х-сеть работала через обычную Х-связь. Базы-накопители выстреливали информационные пакеты через Х-матрицу ближайшим соседям или адресно — в зависимости от количества информации, частоты обновлений территориальных доменов и прочая. Прочая — это деньги. В конечном итоге все зависело от суммы, которую тратил пользователь на содержание базы.
Подполковник был уверен, что сообщение ушло из Тремезианского пояса ранним утром, а может, и вчера, через ряд прокси-адресов, и попало в центральные миры. Оттуда вместе с петабайтами данных его выбросили на конечный пункт доставки согласно