Пилот вне закона

удачлив сверх меры и опасность чует пятой точкой!
— Подумаешь, улизнул… Он теперь не опасен. Куда Блад денется без запасов люксогена? Разве что на Шварцвальд…
— И вот как раз по поводу Шварцвальда. Там засел твой приятель Салман дель Пино. Он отказывается сдавать копи. Так что Гай приказал выдвигаться и раздавить паразитов!
— Ладно, полетим и раздавим. Сколько у них истребителей осталось? Штук двадцать. Слушай, Сантуш, кончай мытарить, а то я в скафандре скоро с ума сойду! Да и поспать не мешает, пока мы оборачиваемся.
— Нет, гражданин Румянцев, это ты слушай. Вдруг тебе будет интересно.
— Что?
— А вот что.
Комачо включил запись на своем коммуникаторе. Ухо резануло жуткими звуками, которые я давно не слышал и надеялся больше никогда не услышать.
«Шап-шап-шпанат-шап-шпшшшшпшшп-шапшапанат».
— Ну как, впечатлился?
— Не то слово… Ты где такое раздобыл?!
— Где-где — в эфире. Мы ловим этот сигнал уже больше суток. Судя во всему, он идет с Геленды — это четвертая планета системы Моргенштерн, если ты не в курсе.
Не могу сказать, что Сантуш меня успокоил, но заинтересовал изрядно. Кажется, мои безнадежные поиски Расы К оказались не такими уж безнадежными и подошли к завершению.
Вот знать бы только, каким именно окажется то завершение!

Ноябрь 2621 г.
Форт «Вольный»
Тремезианский пояс, система Моргенштерн, планета Зиберта
Приказ:
В связи с наступлением сил НВФ «Алые Тигры» на Шварцвальд приказываю задействовать вариант «Данайский Дар».

Умей коты ходить строевым шагом, Гай Титанировая Шкура сейчас демонстрировал бы именно его. Он в кои-то веки выбрался из своей любимой Оранжереи, да и вообще из форта «Вольный» и теперь маршировал по ангару «Сумеречного Призрака».
Как тигр с высшим военным самообразованием, он отлично понимал, что место офицера позади войск на холме и на белом коне.
Но случай был особый — многолетняя вендетта подходила к логическому завершению. Да и вряд ли белый конь согласился бы таскать на спине тигра!
Шутка.
Короче говоря, Гай лично возглавил операцию, хоть на то и не было никакой насущной надобности — замечательно управились бы и без него. Но разве шефу прикажешь?
Ну а мы выстроились на полетной палубе подле флуггеров — нестройная человеческая сороконожка. Пока Гай ставил задачу, один орел даже закурить умудрился!
Хорошо, думал я, что обожаемый военфлот сделал мне ручкой навсегда. Не ведаю, смогу ли встроиться обратно в плотно пригнанные одна к другой шестерни устава!
Хотя, наверное, смогу. Слишком глубоко в меня вбили представления о полезности дисциплины, по самый копчик. Честно, я с трудом удержался, чтобы не закатить подзатыльник тому кадру с сигаретой!
Между тем Гай добрался до середины строя, сел на палубу и заговорил:
— Граждане Галактики! История «Синдиката TRIX» подошла к завершению, и завершим мы ее, не откладывая, сегодня же! Пресловутый Салман дель Пино продолжает удерживать копи Шварцвальда силами десантной партии. Под его началом также около двадцати флуггеров охранения. Мы только что связались с ним и предложили оставить наши владения, обещав предоставить свободный выход. Этот маньяк отказался. Ну что же, это его выбор! Подкреплений ему ждать неоткуда! Да, Иеремия Блад сумел уйти от карающего меча, который мы обрушили на него руками клонов. Тем более необходимо лишить его последней возможной базы в Тремезианском поясе. Пусть бежит и прячется, подобно крысе! Ему недолго осталось! А пока нас ждет бой! Я обращаюсь к братьям на пароме «Бета», где находится наш десант. Если вы сумеете захватить Пино живым, я обещаю за него награду в десять тысяч терро. Но помните, он дьявольски опасен. Если встанет выбор «или — или», убейте его!
Гай Титанировая Шкура выдержал паузу, которая должна была добавить надлежащего веса его последнему призыву.
Убедившись, что все мы как следует прониклись, он завершил свою речь.
— Итак, через полчаса мы выходим на рубеж атаки. Объявляю готовность номер один! Удачи вам, граждане!
Гай величественно удалился, а мы пошли к флуггерам.
От бортов отваливали ТЗМ — транспортно-заряжающие машины, — а также заправщики и комбайны техобслуживания. Техперсонал споро запечатывал пилотов в скафандры, а на переборке светились тревожные табло: «Катапульта готова».
Мы — шестьдесят три истребителя. Кто-то уже сидел в кабине, другие разместились под посадочными опорами.