Пираньи в шоколаде

можно попросить кого‑либо подъехать за мной. Но это на крайний случай. Сначала стоит прогуляться со Спермовыжималкой до шоссе и расспросить ее о брате Турбины.

* * *

Мы голосовали уже минут пятнадцать, но результат был нулевым, и меня это не удивляло. Возможно, восседающая на «Харлее» Спермовыжималка могла произвести неизгладимое впечатление на сексуально озабоченного подростка, но без мотоцикла, со спутанными волосами, перепачканная в грязи и в жутковатом рокерском прикиде она не выглядела человеком, которому хочется предложить место в своем автомобиле.
Я тоже смотрелась не лучшим образом, но хоть одета была нормально (шипастые браслеты, пулю и акулий зуб я на всякий случай переложила в сумку).
Усугубляло ситуацию то, что уже через пять минут, озверев от столь неприкрытого пренебрежения к своей персоне, Спермовыжималка стала выражать свое возмущение адресованными водителям гримасами и непристойными жестами. Время от времени она расстегивала комбинезон и выставляла на всеобщее автомобилистов свои слегка обвисшие татуированные перси и охватывающего их дракона.
Я предложила байкерше разделиться и голосовать отдельно, но она и слышать об этом не хотела. Чем‑то я ей понравилась.
Путь к спасению мне открыл неожиданно зазвонивший мобильник. Это был Бублик.
Я собиралась ошарашить его вестью о разбитой «хонде варадеро», но Кеша перехватил инициативу и первым ошарашил меня.
– Жанна сбежала, – взволнованно сообщил он. – Я только что вернулся с документами и билетами, а она исчезла.
– В каком она была состоянии?
– Утром, когда я уходил, Жанна спала, но выглядела значительно лучше. Думаю, что действие наркотика закончилось.
– Ты звонил Прохорову? Она могла обратиться за помощью к нему.
– Разумеется, звонил. Виталий ничего не знает. Умоляю, помоги мне ее найти. Ты же не хочешь, чтобы ее посадили в тюрьму.
– Помогу, только сначала мне надо добраться до Москвы.
Я рассказала об аварии. Как я и ожидала, к потере мотоцикла Бублик отнесся с полным безразличием. Его волновала только Жанна.
– Ей грозит опасность! – впавший в панику Иннокентий, не дослушав меня, сорвался на крик.
– Все не так страшно, успокойся. Не стоит преувеличивать.
– Я ничего не преувеличиваю. Если бы ты только знала! Ты понятия не имеешь, о чем идет речь.
– Есть что‑то еще, о чем ты мне не рассказал?
– Это не телефонный разговор. Где ты находишься? Я приеду за тобой. Буду через полчаса.
– Не успеешь.
– Успею. Я на мотоцикле.
– Может, лучше на машине?
Мысль о том, чтобы снова сесть на мотоцикл, приводила меня в ужас.
– Нет, на байке быстрее.
Спорить было бесполезно, и я смирилась с судьбой. Еще неделька в таком духе – и я, не дай бог, войду во вкус, сделаю себе татуировку, нацеплю кожаный комбинезон и стану носиться по подмосковным дорогам на «Харле», совращая сопливых малолеток.
– Я пойду по шоссе тебе навстречу.
– Договорились. Только обязательно дождись меня.
К известию о том, что за мной приедет приятель на байке, Спермовыжималка отнеслась философски. На всякий случай она уточнила, что мотоцикл будет без коляски, после чего отпустила меня с миром. Байкерша осталась голосовать на обочине, а я двинулась вдоль шоссе по направлению к Москве.
Когда Бублик не появился через полчаса, я не удивилась.
По истечении сорока пяти минут я слегка обеспокоилась.
Через час я уже всерьез нервничала. Бублика все не было, а его мобильник не отвечал, так же, как и сотовый Жанны.
Преисполнившись уверенности, что Иннокентий попал в аварию, я подумывала о том, чтобы снова начать голосовать, но сначала решила позвонить Колюне Чупруну. Возможно, он узнает по своим каналам, не случилось ли что‑либо с Бубликом.
Услышав в трубке голос опера, я облегченно вздохнула. Хоть до него удалось дозвониться!
– Иннокентий Бубликов? – переспросил Колюня. – Почему он тебя интересует? Ты что‑то знаешь?
– В каком смысле? – насторожилась я. – Мы должны были встретиться полчаса назад, но он не приехал.
– И ты сразу же принялась названивать в милицию.
– Не в милицию, я тебе, – уточнила я. – Бублик ехал на мотоцикле, и я боюсь, что он мог попасть в аварию.
– Он и попал. Только причиной аварии стала пуля в голову.
– Пуля?!!
– Ты не ослышалась.
– Где это случилось?
– В десяти километрах от Москвы. Иннокентий ехал в направлении Нижних Бодунов.
– Его расстреляли из машины?
– Нет. Экспертиза еще не проведена, но пуля, застрявшая у него в черепе, выпущена из винтовки