Пираньи в шоколаде

такая, что у меня в первый момент закружилась голова. Вспугнутые нашим появлением, по полу заметались жирные крысы.
– Самое подходящее место для сейфа с миллионом долларов, – язвительно заметила я. – Говорят, у богатеев сейчас в моде сейфы индивидуального дизайна – своеобразный аналог кастомизированных «Харлеев». Советую покопаться в останках картофеля – не исключено, что ты обнаружишь там эксклюзивный бронированный шедевр от какого‑нибудь Ламборджини и Габана.
Стоя на нижней ступеньке лестницы, Антон внимательно осматривал подвал. Меньше всего я ожидала, что он воспримет мой совет серьезно, но именно так он и поступил.
Взобравшись на груду картофеля, он разбросал наваленные у стены пустые деревянные ящики, оторвал от одного из них доску и, действуя ею, как лопатой, принялся разгребать картофельные завалы.
Вонь стала совсем нестерпимой.
– Не возражаешь, если я поднимусь наверх, пока ты продолжишь свои изыскания? – осведомилась я. – А такой атмосфере я долго не продержусь.
– Подожди!
Пошарив руками по стене, Антон что‑то нажал, толкнул, и часть стены, поворачиваясь, как дверь, отошла назад. Светояров шагнул в открывшийся проход. Вспыхнувший свет озарил довольно просторную комнату.
Мгновенно позабыв об отвратительном запахе, я, увязая ногами в гнилом картофеле, бросилась к тайнику.
– Ничего себе! – изумленно присвистнула я, оглядывая интерьер, ничуть не напоминающий убого‑спартанское убранство избы. – Вот это размах! Вместо того, чтобы закопать под картошкой трехлитровую банку, набитую баксами, Максим решил устроить свой миллион с максимальным комфортом.
Моя шутка о сейфе эксклюзивного дизайна оказалась пророческой. Слева у стены на высоком металлическом постаменте возвышался стальной куб со стороной около восьмидесяти сантиметров.
Грани куба украшали приваренные к ним блестящие металлические стрелки, полоски, ромбы и параллелепипеды, что придавало сейфу сходство с современной абстрактной скульптурой.
На передней панели располагались аж три замка, колесо и какой‑то рычаг с круглым стальным набалдашником. Все сооружение выглядело на редкость внушительно, и я задумалась над тем, что вскрыть такую махину будет непросто даже с помощью автогена.
В комнате тоже стоял неприятный гниловатый запах, словно где‑то в углу разлагалась сдохшая крыса.
– Близок локоть, да не укусишь, – констатировала я. – У тебя есть идея, как откупорить этот бронированный гроб?
– Сукин сын, – выругался Антон. – Постарался братишка, ничего не скажешь. И тут подгадил.
– Комбинацию ты, разумеется, не знаешь.
– Придется достать автоген.
– Я уже думала об этом. Сейф ты, может, и вскроешь, но деньги при этом наверняка сгорят. К тому же я читала, что в некоторые сейфы на случай попытки взлома закладывается взрывчатка или отравляющий газ, так что лучше не рисковать.
– Что же делать?
– Придется искать опытного медвежатника. Обычный слесарь с этой штукой не справится.
Я подошла к сверкающей коробке и провела пальцем по острию одной из стрелок. Потом я взялась за рычаг, увенчанный крупным стальным шаром, слегка повернула его и потянула на себя. К моему удивлению дверца поддалась. Она двигалась медленно и неохотно, но она открывалась!
– Антон! Сейф не заперт!
– Что?!!
Одним прыжком он подскочил ко мне.
Вцепившись в рычаг обеими руками, я рванула дверцу на себя.
За моей спиной вскрикнул Антон, в нос ударил отвратительный запах тления. Дверца закрывала мне обзор, и я не сразу увидела предмет, покоящийся в глубине сейфа эксклюзивного дизайна. Разглядев его, я почувствовала, как спазматически сжимается желудок, и вцепилась зубами в реанимирующую точку на руке, болью заглушая позывы к рвоте.
Это была уже тронутая тлением отрезанная голова мужчины. Вонь, исходящая от нее, была совершенно нестерпимой. Зрелище было не для слабонервных. Избавляясь от этого кошмара, я толкнула дверцу сейфа. Закрывалась она невыносимо медленно, пока, наконец, не захлопнулась с противным металлическим лязганьем. Я перевела взгляд на бледного, как смерть, Антона.
– Это Семен, брат Турбины, – хрипло произнес он.
Антон закрыл руками лицо и прислонился спиной к стене. Я положила руку ему на плечо.
– Успокойся. Сейчас мы уйдем отсюда. Куда, интересно, он дел тело?
Интуитивно я догадывалась об ответе, хотя логически и не могла его обосновать.
– Скормил пираньям, – подтверждая мою догадку, произнес сзади насмешливо‑уверенный голос.
Я почувствовала, как вздрогнул Антон. Я тоже вздрогнула прежде, чем обернуться.
Напротив