Письма призрака

Он какой-то злой, — шикнул Мишель.
— Он на самом деле не злой. Просто строгий и требовательный.
Мишель отвёл взгляд в сторону и… покраснел?
— А по поводу женитьбы… Я боюсь, — Мишель обнял себя за плечи.
— Боишься? Чего?
— Чего-чего? – передразнил он меня. – Первой брачной ночи. Просто… Вас будет трое…
— Двое, — тут же поправил его я. Мишель кинул на меня непонятливый взгляд, и я пояснил, — я к тебе не притронусь.
Хотя мне хотелось не только притронуться…
— А… — он буквально растерялся. – Почему?
— Да так… Старые раны. Но, не думаю, что тебе стоит бояться братьев, — сразу перевёл тему я. – Если скажешь «нет», то они не будут тебя принуждать.
— Лучше бы принуждали. Так было бы проще, — произнёс Мишель как ни в чём не бывало, а я впал в ступор.
Что? Мне не послышалось? Он прямым текстом сказал, что не против быть изнасилованным?
— Ты сейчас серьёзно?
— Да.
— А в чём проще то?
— Нет вымученных фраз, вымученных движений. Соответственно – нет неловкости.
Я был в замешательстве. Нет, какая-то логика в его словах прослеживалась, но звучало это как-то дико.
— А где моя книга? – вспомнил Мишель.
— А, точно, — я встал на ноги, мысленно вспоминая, где её оставил, и, найдя, вернул книгу Мишель, вновь усевшись рядом.
— Спасибо, — он прижал её к груди. – А что сейчас читаешь ты?
— Хочу начать читать энциклопедию по анатомии и физиологии человека.
— Наверное, это очень сложно.
— Это сложно, но и интересно тоже.
— Слушай, раз тебе это интересно, не думал пойти в Медицинский?
— Я тебя умоляю. Кому я там нужен?
— Что ты имеешь в виду?
— Ну смотри, — я развернулся к нему всем телом. – Ты бы пошёл лечиться к больному человеку?
— Ты имеешь в виду бесплодие? Но ведь для бет это не является отклонением.
— Да весь вид бет – одно большое отклонение.
— Ага. Конечно. Люди с развитым мышлением и низким либидо – одно большое отклонение,
— Мишель посмотрел на меня, как на идиота.
Я даже на секунду действительно почувствовал себя придурком.
— В общем, пока что я не готов к этому.
— Думаю, из тебя бы получился хороший врач, — я уже хотел было возразить, но следующая фраза не дала мне это сделать. – И да. Это просто слова поддержки, так как я понятия не имею, к чему у тебя способности.
Да что с ним случилось? Я его не узнаю. Он выглядит также безжизненно, как в день нашего приезда в особняк Тиндел. Раньше в его глазах плескались хоть какие-то эмоции. Сейчас же просто отчуждённость. Неужели это из-за снов? Или из-за помолвки?
— Ещё раз спасибо за совет, — он указал кивком на книгу. – Я пойду, — он развернулся и вышел из библиотеки.
Видеть его таким было как-то непривычно. Даже за те короткие моменты встречи это был совершенно другой человек, а теперь он больше напоминает… меня?..
========== Стефан ==========
Что-то неладное творится в последнее время. Роберт то и дело убегает на работу, Андрэ стал мрачнее, чем обычно, а Мишель уже три дня практически безвылазно сидит в своей комнате. Даже на ужин порой не выходит. Мда… Видимо, я недооценил привязанность Мишель к брату. Он и впрямь оказался не готов к такому повороту. Вот только неизвестно, сможет ли он прийти в норму или так и останется сидеть в своей скорлупе.
Но проблема в том, что эту отчуждённость чувствуют все, и складывается ситуация, что каждый из нас умышленно избегает какого-либо общества нашего будущего супруга. За эти дни обстановка в особняке стала довольно холодной, и всё это из-за отношений с Мишель, которые никак не могут прийти хотя бы в минимальную норму.
Но ждать дальше не имеет смысла. Видимо, придётся собственноручно вытаскивать Мишель из этого состояния.
С такими мыслями я кладу карандаш на подставку и смотрю на свои наброски. Это выглядит… не так, как я хотел бы… Некоторые линии кривые, орнамент корявый, а в пейзаже за окном нет души.
— Когда-нибудь у меня получится… — я устало вздохнул, встал на ноги и направился прямиком в правое крыло. Оказавшись у комнаты Мишель, я легонько постучал.
— Мишель, это Стефан. Могу я войти? – я чуть ли не приложился ухом к двери, пытаясь расслышать. Но после довольно угрюмого «входи», открыл дверь. Мишель сидел в кресле у окна, сложив ноги по-турецки, с книгой на коленях. В его глазах я прочитал немую просьбу оставить его в покое, но было что-то ещё. – Привет, — я подошёл к Мишель ближе и сел в кресло напротив. – Что читаешь?
— «Четыре моряка», — тихо отозвался он.
— Андрэ посоветовал?
Мишель лишь кивнул, не поднимая на меня глаз.
— Как ты себя чувствуешь?
Он нахмурился и втянул в себя губы, не желая говорить. Дело – дрянь.
— Мишель, — я тихонько