— Понимаешь, Мишель… — отец положил руки на стол и скрепил их в замок. – Сейчас в обществе сложилась довольно непростая ситуация. Во всех аристократических семьях по какой-то причине преимущественно рождаются альфы уже несколько лет. Не знаю почему, надеюсь, не к войне. И, соответственно, женихов омег не хватает, — он замолчал, надеясь, что до меня дойдёт. Но я лишь нахмурился, не особо понимая, к чему он ведёт. — Это значит, что тебя отдадут сразу троим! — не выдержал мой брат.
Авторы: Иващенко Полина
готовил себя? – спросил я и положил руки Мишель на ягодицы. Он начал судорожно мотать головой. Я размазал выделившуюся смазку по пальцам и медленно вошёл двумя, отмечая, что в прошлый раз он был туже внутри. Мишель прижался ко мне и подался вперёд, кладя голову на моё плечо. – Чувствую, особо растягивать тебя не имеет смысла, — я вытащил пальцы, а Мишель буквально сжался.
— Это… просто…
— Да ладно, — я шлёпнул его по ягодице, — можешь не оправдываться.
Мишель немного приподнялся, опираясь на мои плечи, взял мой член и сам направил его в себя, начиная медленно насаживаться.
Я старался по максимуму держать себя в руках и не потянуть резко вниз, насадив его на себя до конца, так как понимал, что могу навредить ему. Но тугость его тела сводила меня с ума. Я сжал его ягодицы и закрыл глаза, громко выдыхая. Какой же он горячий внутри.
Насадившись до конца, Мишель остановился, стараясь привыкнуть, а у меня уже дрожали руки.
— Мишель, — на выдохе чуть ли не прорычал я.
— Сейчас… П… погоди, — выдавил из себя Мишель, впившись пальцами мне в плечи.
Я провёл рукой от копчика вдоль позвоночника и стянул с него рубаху, кинув на пол.
Мишель, закусив губу, начал медленно двигаться, словно пробуя на вкус ощущения. Я же рассматривал его красное лицо, стараясь не давить на него, но вскоре он нахмурился и заверещал:
— Не смотри на меня так! – Мишель закрыл мне глаза рукой, заставив откинуть меня голову назад. Я особо не сопротивлялся.
— А на кого мне смотреть?
— Не знаю… Куда-нибудь в сторону, — смущаясь протараторил Мишель.
— Сдурел, что ли? – я скинул его руку с глаз. – Передо мной предтечный омега, а я буду на шторы пялиться.
— Но… но…
Я закатил глаза, взял его за голову и притянул к себе, уперевшись носом ему в изгиб шеи.
— Так нормально? – спросил я, уже с силой насадив его до конца, заставив издать короткий вскрик.
— Да…
Мишель вновь начал скользить по моему члену, но это было так медленно, так вяло, так тихо.
— Мишель, — протянул я.
— Что? У меня не так много в этом опыта. Имей терпение, — раздражённо произнёс он.
— Я бы лучше тебя отымел, чем терпение, — сказал я и, подхватив Мишель под зад, встал на ноги.
— Ты что делаешь? – он вскрикнул и обвил меня руками и ногами.
— Вот так и держись.
— Что ты… — но договорить я ему не дал, прижав спиной к стене на весу. Меня повеселила его реакция ступора, отражающаяся в обалдевшем лице. Я вновь уткнулся носом куда-то в район шеи, чтобы он вновь не заверещал и толкнулся своим, уже порядком опавшим членом. Я почувствовал, как всё его тело пробила дрожь, но понимал, что не от боли, а от чрезмерной новизны.
— Да расслабься ты, — прошептал я ему на ухо, после чего начал буквально вбиваться в его тело.
Мишель издал гортанный звук, напоминающий стон.
— Не… не так быстро…
— Именно так, малыш. И никак иначе.
Мой член вновь затвердел. Я проникал с каждым толчком всё глубже и глубже. Мишель издавал короткие стоны, впивался своими коготками мне в спину и то и дело закидывал голову назад. Но потом его пробила дрожь. Ха, попал.
— Ещё! – простонал Мишель. – Сделай так ещё!
— Вот таким ты мне нравишься гораздо больше.
Я стал буквально бить по этой точке, пока Мишель что-то там бессвязно кричал. Но я уже не слышал. Я сжал руками его ягодицы и стал вбиваться ещё яростнее, но потом резко остановился.
— Роб?.. – Мишель посмотрел на меня пьяными глазами.
— Не хочу кончать так быстро, — я усмехнулся и, не выходя из Мишель, понёс его к кровати.
Кинув его на белоснежные простыни, я навис над ним, подхватывая его ноги под колени. Мишель выглядел потрясающе: светлые волосы, распавшиеся на матрасе, покрытые пеленой глаза и светлая кожа, кажущаяся такой же белой, как кровать в лунном свете. Я склонился над ним, провёл рукой по мягким волосам и нежно, почти невесомо поцеловал его. Мишель сразу же ответил, обняв меня за шею. Я двинулся внутри, и Мишель застонал мне прямо в губы. Я усмехнулся и приподнялся, вновь начиная вдалбливаться в его тело размашистыми толчками, практически полностью выходя и вбиваясь почти до упора. Мишель сжал руками простыни, то и дело выгибаясь в спине, выкрикивал моё имя и буквально умолял о большем. Его колотило от пребывания в этом экстазе, а я был уже близок. Ещё… Ещё… Ещё…
С утробным звуком я быстро вышел из Мишель и кончил себе в руку. Я нехотя встал и пошёл к раковине, дабы смыть это. Встряхнув влажной рукой, я взял полотенце и протёр себе шею и лоб, но почувствовал неслабое жжение на спине. Повернувшись спиной к зеркалу, вижу исполосованную кожу.
— Ты мне спину исцарапал, — произнёс я, но без претензии. Правда, в ответ услышал только невнятное бормотание. Видимо,
