— Понимаешь, Мишель… — отец положил руки на стол и скрепил их в замок. – Сейчас в обществе сложилась довольно непростая ситуация. Во всех аристократических семьях по какой-то причине преимущественно рождаются альфы уже несколько лет. Не знаю почему, надеюсь, не к войне. И, соответственно, женихов омег не хватает, — он замолчал, надеясь, что до меня дойдёт. Но я лишь нахмурился, не особо понимая, к чему он ведёт. — Это значит, что тебя отдадут сразу троим! — не выдержал мой брат.
Авторы: Иващенко Полина
но от страха я толком не мог нормально двигаться, а про резкие движения и подавно молчу.
Я слез с кровати и начал медленно, практически крадучись, приближаться к своему столу. Остановившись рядом, я дрожащими руками потянулся к крышке и потянул её вверх. Мне казалось, что я упаду в обморок от страха ещё до того, как увижу, что под ней. Но убрав крышку, я обронил её на пол, и комната заполнилась неприятным звоном, бьющим по ушам. Но меня это уже не волновало, ведь на блюде красовалась отрубленная рука, точнее кисть руки.
Он в особняке! Он где-то в особняке!
«Я чувствую тебя» — гласила записка. Я дрожал, мне было плохо, а в лёгких катастрофически не хватало воздуха. Я понимал, что не смогу ни закричать, ни побежать, ни вообще дёрнуться с места. И тут послышался шорох где-то сзади.
Нет. Этого не может быть! Ведь роман дописан! Что происходит?!
— Кто тут? – хрипло и тихо произнёс я, надеясь услышать в ответ пугающую тишину, но услышал заигрывающее:
— Герой твоего романа.
— Джоссе… лин?..
— Правильно, — раздалось у меня прямо над ухом. Повернувшись, я резко получил настолько сильный удар рукояткой топора, что повалился на землю с разбитой губой, сумев лишь издать слабый хрип. – Ох, Мишель, — Джосселин схватил меня за ноги и резко перевернул на спину, после чего угрожающе навис надо мной, — знал бы ты, сколько я этого ждал.
— Я буду кри… — но резко появившийся перед моим глазом нож заставил меня замолчать.
— Поверь, Мишель, единственное, от чего ты будешь кричать, так это от того, что я буду вырезать тебе глаз из глазницы. Хочешь?
Я отрицательно помотал головой.
— Вот и умница, — Джосселин провёл кончиком ножа мне по шее. – Лежи тихо, — после чего разрезал мне мою ночную рубаху, оголив грудь.
Я понимал, кто такой Джосселин и что с ним лучше не играть в игры. Знал, что никакие слова его не вразумят, могут только раззадорить. Но я не знал, что можно сделать, чтобы убежать от него, потому что убежать от него невозможно.
Джосселин закинул меня на кровать сорвал мою ночную рубаху и ей же привязал мои руки к изголовью кровати. А я боялся издать даже писк. Джосселин сорвал с меня штаны, и я остался полностью голым и абсолютно беззащитным перед лицом этого психопата.
«Пожалуйста… Умоляю… Роберт, Стефан, Андрэ… Спасите меня… Умоляю вас… Придите сюда» — из моих глаз потекли слёзы. Я мысленно повторял это раз за разом, пока Джосселин устраивался между моих ног.
— Ой, малыш Мише плачет, — Джосселин нагнулся и лизнул кровь с моих губ. – Но ты не волнуйся. Дальше будет больнее.
И тут я почувствовал, как Джосселин, раздвинув мои ноги в стороны, начал толкаться в меня.
Нет! Нет! Не надо!
И он резко вошёл в меня во всю длину.
Я открыл рот в немом крике, чувствуя, как по ягодице потекла струйка крови. Он порвал меня?.. Этот ублюдок меня порвал!
Впиваясь пальцами в мои бёдра, Джосселин прохрипел.
— Малыш, какой же ты сладкий, — и после этих слов Джосселин начал яростно вдалбливаться в меня.
Чёрт… Ублюдок! Как же мне было больно, но я не мог закричать. Поэтому мне приходилось, лишь закусывать губу и плакать, дожидаясь, когда этот психопат кончит. Но он не кончал.
Джосселин попеременно выходил из меня и вновь резко вламывался в моё тело. И в какой-то момент боль стала настолько невыносимой, что я буквально взмолился:
— Прекрати! Хватит! Мне больно! Прекрати, умоляю!
Джосселин остановился. Неужели?.. Неужели это сработало?!
Но в следующий момент Джосселин резко схватил меня за волосы на затылке и оттянул голову назад, буквально зарычав.
— Думаешь, твои женихи другие? Нет. Они такие же! Мы – альфы. В нас самой природой заложено брать вас так, как мы хотим. А вы должны лишь послушно раздвигать ноги и терпеть!
Джосселин начал вколачиваться в меня ещё сильнее, и я не сдержался. Я закричал от жуткой, разрывающей изнутри боли. Даже смазка из моей крови не облегчала боль.
— Я предупреждал, — твёрдо произнёс Джосселин и в его руке снова оказался нож.
— Нет! – заорал я, что есть мочи и задёргался всем телом, пытаясь скинуть Джосселин с себя. – Нет! Не надо! Прошу!
Но Джосселин схватил меня за подбородок, пытаясь удержать мою голову, а я продолжал изо всех сил ей вертеть и кричать во всё горло, чтобы меня хоть кто-то услышал.
— Лежи спокойно, иначе я тебе оба глаза вырежу.
Последовал удар кулаком в челюсть и мой выбитый зуб. Джосселин снова схватил меня за подбородок и направил нож в мой глаз.
Не знаю, как, но сильно согнув ногу в колене, я со всей силы долбанул Джосселин в грудную клетку и всё-таки смог отпихнуть его от себя. Выдернув руки из хлипко завязанного узла, я со всех ног побежал в левое крыло, крича:
—
