— Понимаешь, Мишель… — отец положил руки на стол и скрепил их в замок. – Сейчас в обществе сложилась довольно непростая ситуация. Во всех аристократических семьях по какой-то причине преимущественно рождаются альфы уже несколько лет. Не знаю почему, надеюсь, не к войне. И, соответственно, женихов омег не хватает, — он замолчал, надеясь, что до меня дойдёт. Но я лишь нахмурился, не особо понимая, к чему он ведёт. — Это значит, что тебя отдадут сразу троим! — не выдержал мой брат.
Авторы: Иващенко Полина
с конца разреза. Я замычал от боли, но продолжил, так как хотел, чтобы это всё побыстрее закончилось. Как можно более аккуратно я зашивал свою рану и, когда, наконец закончил, то буквально ужаснулся от своего же вида. Ведь возможность сделать мне своеобразную кровавую улыбку из разрезов на щеках может показаться этому психопату невероятно забавной идеей. И мне придётся зашивать себя вновь и вновь. Я закрыл глаза, уперевшись руками в подоконник. После чего сорвался с места прямиком в мою бывшую комнату. Аккуратно приоткрыв дверь, чтобы не напугать, я вхожу в комнату и вижу, как Андрэ, обнимая этого урода, нависает сверху, держа того за бёдра. Доминик даже не поворачивает на меня голову, полностью отдаваясь этому сладостному процессу.
— Андрэ, — простонал он, выгибаясь в спине. – Не выходи, хорошо?
— Ты уверен в этом?
— Ну, разумеется. Ты же бета.
Андрэ тут же остановился, глядя ошалевшими глазами на Доминик.
— Что? Что ты сейчас сказал?
— Не страшно, если ты кончишь в меня, — Доминик провёл рукой Андрэ по щеке. – Ты же бета.
О да! Мои губы невольно расползлись в улыбке. Вот ты, тварь, и прокололся!
— Андрэ, что не так? У… тебя упал?!
Андрэ встал на ноги и принялся одеваться.
— Андрэ, — прикрываясь одеялом, воскликнул Доминик, — в чём дело?
— Ни в чём, — бесцветно произнёс Андрэ и, накинув на себя свою ночную рубаху, вышел из комнаты.
— Андрэ?.. – растерянно произнёс Доминик, уставившись на дверь и, честно, какое же удовольствие мне принесло это зрелище. Я буквально не мог себя сдержать и рассмеялся. – Ах ты, ублюдок, — Доминик подошёл ко мне. – Хватит ржать! – Доминик замахнулся и хотел ударить меня, но его рука прошла сквозь меня.
— Если хочешь меня избить, — я приблизил своё исполосованное лицо к Доминик практически вплотную, — вставай в очередь, мразь, — чётко, практически как Роберт произнёс я. После чего я развернулся и даже не думал объяснять ему, в чём дело. Ох, ну неужели случилось хоть что-то хорошее. Думаю, после такого масштабного прокола Андрэ сразу всё поймёт. И тут у меня появилась просто потрясающая идея. Она, конечно, чревата новыми изнасилованиями и новыми ранами, но я готов пойти на это, чтобы как следует себя развлечь.
Под утро я уже, вновь обесчестенный Джосселин, но такой довольный от своей собственной затеи, ждал Доминик около его комнаты и принялся ходить за ним по пятам, что давалось мне далеко не просто. Я спустился за ним на кухню, где уже стоял Роберт и абсолютно убитый Андрэ.
— Привет, — произнёс Доминик и полез в верхний ящик.
Что? Кофе? С ума сошёл, что ли? Я отродясь эту дрянь не пил по утрам! Доминик принялся откручивать крышку с банки, усиленно стараясь меня игнорировать. Нет, тварь, проигнорировать меня не получится. Я подкрался к нему сзади и резко со всей дури заорал у него прямо над ухом.
Доминик закричал и выронил из руки банку, рассыпав кофе по всей столешнице. Своим криком он напугал Роберта и Андрэ. Ну да, они-то меня не слышат. Вот теперь объясняй им, почему ты внезапно заорал. Я опёрся спиной о стену и сложил руки на груди.
— Мишель, ты чего? – раздражённо произнёс Роберт.
— Дерзай, — довольно произнёс я, наблюдая, как Доминик пытается подобрать слова и на ходу придумать какую-то более-менее вразумительную причину для крика, типа «ой, я забыл, что у меня там… эээ…», но у него, увы, не получилось.
Правда такой мой крик сразу же привлёк Джосселин, но меня это не особо волновало. Он утащил меня наверх и, прижав лицом к стене, стянул мои штаны и вновь принялся толкаться в меня. Я уже говорил, что мне стало плевать? Когда ты постоянно чувствуешь одну и ту же боль, чувствительность к ней снижается. Психологическая уж точно. Опять укус до крови в шею. Проходили. Разорванный задний проход? Каждодневная рутина. Джосселин выходит из меня и тащит к столу, на который валит меня лицом вниз и продолжил, царапая мне спину.
На смену одного ублюдка пришёл другой. Как только Джосселин закончил, в комнату, где я был, тут же врывается Доминик с горящими от гнева глазами.
— Ты что удумал, гавнюк?! – закричал Доминик.
— Небольшая месть за то, что ты, как бы, украл мою жизнь и заставил жить в этом кошмаре,
— абсолютно спокойно ответил я, усаживаясь на полу рядом со столом.
— Ещё раз ты что-то подобное выкинешь, и я… — он вновь замялся, а я вытянул губки, смотря на него со скукой.
— Давай. Удиви меня. Что может быть страшнее того, что происходит со мной сейчас?
Доминик часто задышал от злости. О да! Я вывел его! Не найдя, что мне ответить, он просто выскочил из комнаты, осыпая меня проклятьями. Спасибо, одним проклятьем ты меня уже одарил. Мне хватило!
Но вот что меня сейчас действительно волновало, так это
