Питер Страуб. История с привидениями.

Peter Straub “Ghost Story” (1979) Питер Страуб известен нам прежде всего как соавтор Стивена Кинга в романе “Талисман”. Но это не первая (и не лучшая) работа Страуба. “История с привидениями” — четвертый по счету его роман. Дебютом был роман “Браки” (“Marriages”), который вообще не относится к ужасам, затем были опубликованы готические романы о привидениях “Джулия” (“Julia”) (1975) и “Возвращение в Арден” (“If you could see me now”) (1977). Но настоящий успех писателю принесла только “История с привидениями”, которая стала бестселлером практически сразу после издания.

Авторы: Страуб Питер

Стоимость: 100.00 ₽

открывал ветчину, она спросила:
— А у тебя хватит денег для нас двоих?
Она ела весьма своеобразно: набивала рот ветчиной, потом зачерпывала пальцами масло и отправляла туда же.
— Вкусно, — сообщила она с полным ртом.
— Если я посплю, ты не убежишь?
Она помотала головой.
— Но мне можно погулять, правда?
— Правда.
Он выпил банку пива из упаковки, купленной на обратном пути; от пива и еды ему захотелось спать.
— Хватит меня привязывать, — сказала она. — Я вернусь. Ведь ты мне веришь?
Он кивнул.
— Да и куда мне идти? Некуда.
— Ладно. Иди, только ненадолго, — он вошел в роль отца и знал, что она тоже играет роль дочери. Это было смешно.., или страшно.
Он смотрел, как она уходит. Потом, сквозь сон, он услышал, как щелкнул замок, и понял, что она вернулась.
Ночью он лежал на кровати одетый, глядя на нее. Когда его мускулы начали болеть от долгого лежания в одном положении, он повернулся на бок. Потом он менял позы, не сводя с девочки глаз, так что это казалось каким-то ритуалом. Она лежала совершенно спокойно, словно душа оставила ее тело и улетела куда-то еще. Так они и лежали вдвоем.
Он встал, открыл чемодан и достал свернутую рубашку. Взяв ее за воротник, он почувствовал тяжесть ножа. Когда нож выпал, он взял его.
Снова держа нож за спиной, он потряс девочку за плечо. Ему показалось, что черты ее расплылись, потом она спрятала лицо в подушку.
Он снова потряс ее, чувствуя тонкую плечевую кость.
— Уйди, — пробормотала она.
— Нет. Нам надо поговорить.
— Уже поздно.
Он потряс ее еще, потом попытался перевернуть. Она оказалась неожиданно сильной, и он не мог заставить ее показать лицо.
Потом она повернулась сама. На лице ее не было никаких признаков сна. Глаза смотрели серьезно, по-взрослому.
— Как твое имя?
— Анджи, — она беззаботно улыбнулась. — Анджи Моул.
— Откуда ты?
— Ты знаешь.
Он кивнул.
— Как звали твоих родителей?
— Не помню.
— Кто заботился о тебе до меня?
— Неважно.
— Почему?
— Они не имеют значения. Просто люди.
— Их фамилия была Моул?
Она опять улыбнулась.
— Какая разница? Ты же и так все знаешь.
— Что значит “просто люди”?
— Просто люди по фамилии Митчелл. Вот и все.
— Ты сама сменила фамилию?
— А что?
— Не знаю, — и это была правда.
Так они смотрели друг на друга; он сидел на краю кровати, спрятав за спиной нож, и знал — что бы ни случилось, он не в силах это предотвратить. Он подумал, что Дэвид тоже не мог отнять у кого-то свою жизнь — у кого-то, кроме себя. Девочка, может быть, знала, что он держит нож, но не боялась его. Она никогда его не боялась.
— Ладно, попробуем еще раз. Кто ты?
В первый раз она улыбнулась по-настоящему, но ему не стало от этого легче. Теперь она казалась совсем взрослой.
— Ты знаешь.
—
Что ты такое?
— Я — это ты.
— Нет. Я — это я. Ты — это ты.
— Я — это ты.
—
Что ты? — повторил он в отчаянии.
И тут он снова очутился на улице Нью-Йорка, и к нему шла уже не незнакомая загорелая женщина — к нему шел его брат Дэвид с разбитым лицом, в сгнившем костюме, в котором его хоронили.