Питер Страуб. История с привидениями.

думал, что она позвонит, но она порылась в сумочке, достала ключ и открыла дверь. Он слышал, как она зовет Льюиса по имени.

Льюис на своем “моргане” с трудом объехал большую лужу на дороге, ведущей к сыроварне. Это было деревянное здание солидных размеров, выстроенное самим Отто в долине за Афтоном, у подножия лесистых холмов. В загонах заливались лаем собаки. Льюис вышел на машину, открыл железные двери и вошел внутрь, вдыхая густой запах свернувшегося молока.
— Льюис! — Отто стоял у противоположной стены сыроварни, разливая сыр по круглым деревянным формам. Когда форма заполнялась, Карл, сын Отто, относил ее на весы, записывал вес и дату изготовления и складывал в углу в штабель. Отто что-то сказал Карлу и пошел навстречу Льюису, протягивая руки.
— Рад видеть тебя, мой друг. Но у тебя такой усталый вид! Надо срочно налить тебе моего шнапса.
— Похоже, ты занят. Но от шнапса не откажусь.
— Черт с ним! Карл все сделает. Он уже настоящий сыровар. Почти как я.
Льюис улыбнулся, и Отто хлопнул его по спине и потащил в свой крохотный офис. Там он сел на стул, заскрипевший под его тяжестью, а Льюиса усадил на стол.
— Ну мой друг, — Отто извлек из стола бутыль и два стакана. — Сейчас мы хорошо выпьем. Чтобы наши с тобой щеки порозовели.
Жидкость, похожая на цветочный дистиллят, обожгла Льюису горло.
— Замечательно.
— Еще бы. Я сам делал. Надеюсь, ты захватил свое ружье, Льюис?
Льюис кивнул.
— Ага. Я так и знал, что ты приходишь сюда, пьешь мой шнапс и ешь мой восхитительный новый сыр, — и Отто потянулся к холодильнику, — а сам только и думаешь, как бы сорваться с места и кого-нибудь пострелять, — он достал круг сыра, положил на стол и взрезал ножом. Это был фирменный сыр Отто, белый с зеленоватыми прожилками, похожий на человеческую плоть. — Ну что, прав я?
— Прав.
— Конечно. Но все равно это здорово, Льюис. Я купил новую собаку.
Очень хорошую. Она видит на две мили, а нюхает на десять.
Сыр был таким же вкусным, как шнапс.
— Так ты думаешь, для собак слишком сыро?
— Нет, нет. Под большими деревьями не должно быть сыро. Кого-нибудь отыщем. Может, даже лису.
— А лесничих ты не боишься?
— Нет! Они от меня бегают. Ага, говорят, опять этот чокнутый немец да еще с ружьем.
Слушая болтовню Отто Грубе со стаканом шнапса в одной руке и с куском сыра в другой, Льюис подумал, что Отто представляет собой альтернативу Клубу Чепухи — дружбу не столь сложную, но не менее верную.
— Пошли посмотрим твою собаку.
— Посмотрим? Льюис, когда ты увидишь мою собаку, ты упадешь на колени и предложишь ей руку и сердце.
Они оделись и вышли на улицу. Там Льюис увидел высокого парня возраста Питера Бернса, загружавшего формы с сыром в пикап. Он какое-то время смотрел на Льюиса, потом улыбнулся.
— Отто, ты нанял нового работника? — спросил Льюис, когда они шли к собакам.
— Да. Ты его видел? Это он нашел тело бедной старой леди, которая держала лошадей.
— Рея Дедэм, — уточнил Льюис. Когда он обернулся, парень все еще глядел на него.
— Да. Он был очень взволнован и не мог больше там жить. Он очень хороший мальчик, Льюис, и я дал ему работу. Он подметает и перетаскивает сыр.
Рея Дедэм, Эдвард, Джон. Они преследуют его даже здесь.
Отто вывел новую собаку из загона и нагнулся к ней, ероша ей шерсть на шее. Это была гончая, стройная и мускулистая, которая не прыгала от радости, как другие собаки при виде хозяина, а спокойно стояла рядом с Отто, глядя на него внимательными голубыми глазами. Льюис тоже наклонился к ней, и она позволила ему себя погладить.
— Это Флосси, — сказал Отто. — Правда, красавица?
Флосси, как ты думаешь, не пора ли нам немного прогуляться?
Собака впервые выказала признаки оживления, виляя хвостом. Ее послушание, запах сыра и ударивший в голову шнапс отвлекли внимание Льюиса от Клуба Чепухи, и он сказал: — — Отто, я хочу рассказать тебе кое-что.
— О! Гут. Расскажи, Льюис.
— Я хочу рассказать, как умерла моя жена.
Отто наклонил голову, став на какой-то момент абсурдно похожим на гончую у его ног.
— Гут. Ты мне расскажешь, когда мы пробудем в лесу час-другой. Я рад, Льюис.
Льюис и Отто называли то, чем они занимались в лесу, охотой на енота, но прошел уже год с тех пор, как они на самом деле кого-то подстрелили. Ружья и собаки были скорее оправданием для блуждания по лесам за сыроварней
— более длительного варианта утренних пробежек Льюиса. Иногда собаки находили кого-нибудь, но в большинстве случаев Отто смотрел на испуганное