Ну, раз невеста и жених есть, то и свадьба должна быть! Или как?
— А! Конечно! Сами ждем! Ну, по слухам вроде как осенью, после уборки…
— По слухам… Опять Любка с овощебазы рассказала?
— Нет, Шолпан, уборщица из школы… — серьезно ответила Полина Афанасьевна.
— И зачем вы мне все это говорите? Я вообще вчера на его машине из-за Наташи поехала, понятно?
— Из-за Наташи… Наташа тоже свои цели преследует.
— Какие цели?
— Какие-какие. Лаула ей нравится, что ж ты не видишь?
— Так у него ведь невеста есть!
— И что? Разве таким как Наташка это мешает?
Ну, понятно. Местное старшее поколение записало Наташу в девицы легкого поведения. Может они и правы. Хотя… а я лучше?
И тут я задала себе один такой простой малюсенький вопросик — а хочу ли я его? Вот просто, как одинокая девушка, у которой давно нет ни парня, ни секса. Просто как женщина мужчину? Да. Хочу. А почему нет, он же привлекательный парень…
А смогла бы я переспать с ним, зная о наличии невесты, да простит она меня, что я о ней, как о вещи. Я прислушалась к себе — совесть молчала. Вот так вот. А мне даже и не стыдно! Да, я бы переспала… Вот только потом обсуждение моей личной жизни всей деревней… А деревня знать будет, в этом я не сомневаюсь… Одна Любка с овощебазы чего стоит. Артур Конан Дойл не о том человеке писал… Подумаешь какой-то там Шерлок. Тут такие экземпляры попадаются…
Неожиданно я вспомнила про Алешу-Богатыря.
— Полина Афанасьевна! А Алеша-богатырь?
— Кто? — Ну, Алеша, слон такой, большой…
— А-а-а, Лешка-то… хахаль Наташкин?
— Ну… А он что, официально ее хахаль?
— Официально нет. А неофициально — да.
— Я даже не буду спрашивать, откуда вы знаете, — пробурчала я. Потом подумала и спросила, — ну и зачем ей Лаула, если у нее хахаль есть?
— Ну, кто ж ее разберет! Да и что ты сравниваешь Лешу с Лаулой. Сама-то небось тоже на него глаз положила, не на Лешку-то…
Искоса посмотрела на водителя в зеркало заднего вида. Тот с интересом наблюдал за нашей беседой. Твою мать, вот так и сплетни и ползут. Господи, как я все это ненавижу, я хочу домой, в город.
Я, молча, откинулась на спинку сидения, даже не пытаясь опровергнуть обвинения в том, что я положила глаз на Лаулу. Уже все равно никто не поверит.
Рабочий день прошел в обычном режиме, а часа в три моя начальница то ли сжалилась надо мной, то ли просто ей было некогда со мной возиться, сказала:
— Сейчас поедем обратно, я в акимат, у меня же в четыре встреча с Лаулашкой… а ты домой иди — поспи. А то смотреть на тебя невозможно…
С Лаулашкой… Я мысленно хихикнула… Ну надо же. А может, я именно сегодня хочу отчет в офисе поделать? Взяла и сослала меня домой. Нда, нужно признаться — я была бы не прочь встретиться с ним еще раз. А потом на ум пришла его невеста… Как там ее зовут? Сания, кажется…
— А зачем вам с ним встречаться Полина Афанасьевна? С Лаулашкой? — я снова улыбнулась.
— Затем, что у нас собрание с завгаром и с ним. Он же нам покупает запчасти на сеялки, комбайны…
— Понятно, местный автосервис, только в колхозных масштабах…
Дома, от счастья, что я так рано сегодня пришла, устроила большую стирку. Машинки тут не было, так что перестирала все руками и понесла белье во двор. Бабули сидели на лавке, но семечек не грызли, зубов, что ли не было. Среди них был один дед. И с ними дядька Черномор… Как только я показалась в дверном проеме подъезда с тазиком белья, все разговоры сразу стихли. Как пить дать обо мне говорили.
— Здрасьти, — буркнула я и прошла к бельевым веревкам. Естественно, они тут были. И самое удивительное — белье не воровали. Хотя алкаш Серега мог бы. Но кто ему обменяет старый пододеяльник на пузырь? Никто. А значит, и воровать смысла нет.
Стоя в коротких шортах, короткой маечке, я так и видела осуждение в глаза всего дома престарелых. Может, именно поэтому не услышала, как ко мне кто-то подошел.
— Привет! — Раздался бас у моего уха.
— А-а-а! — подпрыгнула я.
— Ты чего? — удивленно спросил Алеша-богатырь.
— О, блин, напугал…
— Давай помогу, — он взял таз из моих рук и чуть ниже погнул веревку, чтоб мне было проще развешивать одежду.
— Спасибо… ты откуда тут?
— С работы иду…
— И кто ты по профессии?
— Электрик.
— Понятно, — ну, конечно, я бы удивилась, если б он оказался менеджером по продажам.
— Что вечером будешь делать? — спросил он. Я опешила. Это что, Наташкин хахаль, ну, хахаль со слов Любки и кого-то еще, хочет меня куда-то пригласить что ли?
— В «Достык» больше не пойду, — тут же сказала я, рассматривая его. Да, он симпатичный, даже красивый, такая грубая мужская красота деревенского мужика…
