Юмористическое произведение о похождениях барона Романа Борна, попавшего из 2012 года в 1912 год. Стрельба есть, жертв — ноль. Может ли «Почта России» послать тебя как посылку на сто лет в прошлое на непонятную планету? Да? Нет? Оказывается еще как может. И будешь ты ощущать себя Буратино, сидя в этой «посылке». А потом окажешься как бы в гримерке рядом с похожими на тебя, как две капли росы, двойниками. И как быть? И кто виноват? Переработанная версия «Гримерки Буратино», 2012 года.
Авторы: Дум Андрей
что препод их так «драконит». Не понимал, пока не подслушал случайно разговор Чикатило с их особистом, майором Наступиным.
— Они меня, чуть не поймали. Этих двух боксёров надо гнать отсюда, а Макаренко ….
— Ты, что сдурел?
— А кто сироту ждать будет!
— А что так сразу?
— Ну?
— Я — пас.
— Слабак!
— Давай потом обмозгуем. Никита вспомнил, что они выходили на освещённое место и скрывшийся насильник мог их разглядеть. Он пересказал друзьям подслушанный разговор. Друзья решили наказать Андрея Романовича. Наказали и попались. Через месяц следствия получили неожиданный результат. Наступин отделался испугом. Чикатило отправили на обычную пенсию инвалида первой группы (что с «овоща» возьмёшь), а друзья поехали дослуживать в Советскую Армию. Боксёры в Анадырь. А Никита — в погранотряд под Кушкой.
— Я тебя тут сгною! Угрожал одноклассник Чикатило «вечный капитан» Скотников, за глаза — «Вонючка». Гноил, но бывший курсант быстро освоился в отряде и стал расти в званиях и должностях. Ефрейтора он получил за «рацуху». Усовершенствовал сигнальный фаер ФС-5Б и тот действовал как фаер и как боевое отравляющее вещество, с последствиями вплоть до поноса. Кинул и веди чужого вонючку к своему, э, капитану. Советской Армии в Афгане не было, а Никита там девять раз был. Последний выход для старшего сержанта Макаренко был смертельно опасным. Получил пулю, потерял талисман, но свою группу вывел. Мировые СМИ разорялись о применении Советами отравляющих веществ против американских военнослужащих, случайно оказавшихся в Афганистане. Группу наградили, а Никиту нет. Старшина запаса после санчасти, уехал на гражданку.
Как сироте Никите дали однокомнатную квартиру на окраине Азова. А в детском доме список родных. В тот день Никита впервые напился. Отец и мама погибли. А тётя, двадцатипятилетняя Белла, живущая тоже в Азове, была такой навязчивой, вплоть до инцеста, что Никита сбежал. Сбежал далеко. Под Брестом, в схроне, оставил новые документы на имя — Макаров Никита Владимирович, и перешёл границу. По Европе он попутешествовал, а в США покуролесил. Связался с мафией и как итог — девять трупов местных «плохих» парней и две сломанные челюсти у копов. Скрылся в Нью-Йорке, купил чистые документы на имя Ника Питерсона и пошёл наниматься в частную военную компанию. В двух его завернули, а в третьей одноглазый клерк, дав заполнять анкету, ушёл и вернулся с неожиданной для Никиты вещью — его потерянным талисманом. Никита, ошеломлённый, вертел в руках нефритового скарабея, а клерк допытывался.
— Ты же русский, старший сержант погранвойск Макаренко Никита Сергеевич. Ведь так?
— Не так! Я — Ник Питерсон. В новом военном билете Никиты значилось — старшина спецназа химических войск в запасе Макаров. Клерк замолчал. А потом в комнату зашёл ещё человек, и Никита стал выискивать, как уйти огородами. Этого американца Никита подрезал в первом боестолкновении последнего выхода в Афган. Правда всё обошлось, и попал «агент Питерсон» опять в Афганистан. Там штатовский ЧОП «МСС»- милое СС у Никиты — осуществлял «гуманитарную» помощь. Потом были другие «горячие» точки. ЮАР, Сингапур, Бенин, Кения и Сомали. В Сомали в левую пятку Никиты прилетела картечина, и поехал он на лечение в Австрию. После реабилитации «отдел кадров» МСС направило Никиту на одни хитрые курсы. Никита курс прослушал, а потом пошёл «качать права». Огюст Бурже и Роман Полански долго смеялись.
— Сам виноват. Нечего было такие чистые документы покупать! Для ЦРУ ты ценнейший кадр! Директор Бурже, это тот, кого подрезал в Афгане Никита и замдиректора Полански, снайпер «угостивший» Макарова пулей нашли способ перевести Никиту в технический отдел. В отделе доверили, полгода, летать на Боинге Е-3А «Сентри», оператором электронного слежения. Потом семилетний контракт для Никиты закончился, он по этому делу проставился и тело, с векселями в трусах, загрузили на авиарейс до Варшавы. На родине были сплошные перемены, тайно вернувшийся старший шеф-агент спокойно купил на кровно заработанные амеры в Ростове-на-Дону «трёшку» на Рублёвском проспекте, бывшей Пушкинской. Ремонт сделали гасторбайтеры из Италии, и Макаров въехал в своё новое жилище. Включил телевизор и оцепенел. С экрана генерал-полковник Наступин и генерал-лейтенант Скотников рассуждали о назревших переменах в обществе. Телевизор он больше не смотрел. Посидел до вечера на кухне, а потом решил прогуляться. Вышел во двор и сходу получил наезд от трёх парней.
— Бабло гони, чувак. Парней Никита уложил под колёса подъехавшей милицейской «Волги». Из неё выскочил, какой-то толстячок-подполковник, и стал орать на Макарова. Никита, молча, развернулся
