Юмористическое произведение о похождениях барона Романа Борна, попавшего из 2012 года в 1912 год. Стрельба есть, жертв — ноль. Может ли «Почта России» послать тебя как посылку на сто лет в прошлое на непонятную планету? Да? Нет? Оказывается еще как может. И будешь ты ощущать себя Буратино, сидя в этой «посылке». А потом окажешься как бы в гримерке рядом с похожими на тебя, как две капли росы, двойниками. И как быть? И кто виноват? Переработанная версия «Гримерки Буратино», 2012 года.
Авторы: Дум Андрей
кипучая энергия. — Давайте, господин консул, дальше удивляться. Лоб консула прорезала морщина, лицо стало строгим и озабоченным.
— Вот, посмотрите эти рисунки, господа. Посмотрели.
— Так, это войско идёт сюда, а это — казаки. Да, Янек?
— Они самые, разъезд донских казаков, — Кос разглядывал цветной рисунок с тремя конными казаками и промолвил. — Господин консул, казаки могут ваш социализм отменить силой оружия.
— Могут, если выживут после нашествия. А вот эти «пёстрые» могут отменить саму Гурскую республику. Эта опасность важнейшая. Шарп вертел в руке рисунок с конницей, одетой в ярко-жёлтую форму.
— Значит так, я поеду с Бекхэмом к казакам, договариваться. Ты, капитан, с Кэри останешься. Проведёшь конкурс на 400-та винтовок, с сооружением редутов. Это ты лучше меня умеешь, а я привезу пулемёты.
— Оптимист, вы, Шарп. Будь, по-вашему. Возьмёте с собой Харламовых? Старший, вроде тоже казак. «Вроде тоже казак» оказался уроженцем станицы Каменской, бывшим сотником, крепким ещё мужчиной. Шарп с капралом переоделись в камуфляж, положили в джип припасы, посадили Харламовых и forwards.
Глава 27.
— Точно, Борн, сдаются! Оружие вверх стволами на плечо повесили. Прибежала Стелла.
— Счас вы обхохочетесь. Они из береговой охраны, из Южного Вьетнама. Они меня бананом угостили.
— Мужским?
— Фу, Максик, пошляк, — и полезла в Микру, включать американский рэп.
— Это, ты, им вместо гимна? Рэп для этих пионеров.
— У береговой службы США, кстати, девиз: «Всегда готов», — просветила нас Стелла.
— Стелла, ты сарафанчик то надень.
— А может я — эксбиционистка.
— Би? Тогда, больная, раздевайтесь. Ха-ха. Подошли вояки. Топтались и рассматривали всё кругом себя. Сняли каски, мы стали хохотать.
— Я капитан катера…
— Джим Керри. Сразу от пяти человек. Обескураженный Джим, меняя ежесекундно, выражение лица, потыкал пальцем, то в Микру, то в нашу одежду, и потерялся.
— Это русские. А что, они с нас ржут? — шептались в толпе джи-ай.
— Арни, не рожай! Керри, счас разберётся.
— Этот, комик? — вмешалась Стелла: — Парни, вон едет машина полковника. Джи-ай построились. Вылез важный Шатров.
— Мда. Это он усмотрел вторую татушку Стеллы — бабочка прячется в трусики — чмокнул ей ручку, нам кивнул. А Стелла усмотрела кольцо женатого полковника и разочаровалась. Атаман прошёлся вдоль короткой шеренги джи-ай, и стал на английском вести «допрос» джи-ай. Умора. Американцы тянулись в струнку, орали, с двойным «сэр», ответ и ели глазами чужое начальство и пистолет Кольта в открытой кобуре. Шатров в вопросах дошёл до непосредственного начальства катера «555».
— Сэр, командир группы катеров лейтенант Клинтон, сэр.
— Вау! А Билли наверно с Моникой?
— Откуда вы узнали, сэр? — тут Шатров стал так ржать, что Борисов прокомментировал: — Переопылился, как пить дать! Борн, это ты ему про импичмент рассказал? И стал ржать сам. Кончился «допрос» занимательно. Керри, рассмотрев звёздочки Никиты, спросил у него разрешения искупаться.
— Давай, матрос. Уже можно. Американские дембеля побросали оружие на песок, разделись и побежали купаться. А потом двое — Рэмбо и Терминатор-сенатор — вернулись, и притащили, брыкающее и матерящее по-русски, тело.
— Мы там пленного захватили. Он, кажется русский, сэр. Тело развязали и сняли мешок с головы. Перед нами стоял, в весёленьком камуфляже, Максим Галкин, лютый.
— Что за маски-шоу? Арни? Сильвестр Фрэнкович? Вы куда? Вот это съездил в Таиланд! Где я? У меня же скоро ёлки!! Бенефис 2006-го! А где Аня?
— Какая Аня?
— Анна Семенович. Моя жена! — атамана опять накрыло.
— Максим, а вас устроят гастроли в Ростове-на-Дону? — вперёд выступила Стелла.
— Даа.
— Максим пойдёмте, искупаемся, я вам всё-всё расскажу, — взгляд Галкина упёрся в бюст Стеллы.
— Даа, — и они пошли. А Шатров веселился.
— Полковник, хватит ржать, Родина в опасности!!
— Макс, ты белены объелся, тыкаешь мне, — обиделся атаман. Ему объяснили. Атаман потух.
— Это что — полная мобилизация?
— Да.
— Когда? На соборе тревожно забили в колокола.
— Сполох! — закричали на пляже. Отдыхающие бросились с расспросами к атаману. Собралось человек триста. Атаман залез на свою «Чайку» и выступил с краткой речью.
— Братья и сёстры! На нас с востока идёт немалая орда, чтобы полонить наш край. Необходимо нам собраться и разбить наглого агрессора. Все как один на фронт. Наше дело правое. Враг будет разбит! Военнообязанных прошу пройти на призывные пункты. Пляж стал пустеть.
— Давай,
