Юмористическое произведение о похождениях барона Романа Борна, попавшего из 2012 года в 1912 год. Стрельба есть, жертв — ноль. Может ли «Почта России» послать тебя как посылку на сто лет в прошлое на непонятную планету? Да? Нет? Оказывается еще как может. И будешь ты ощущать себя Буратино, сидя в этой «посылке». А потом окажешься как бы в гримерке рядом с похожими на тебя, как две капли росы, двойниками. И как быть? И кто виноват? Переработанная версия «Гримерки Буратино», 2012 года.
Авторы: Дум Андрей
— Чуй, Гриша, а у тебя в голове не было слов: «омоложение прошло успешно»? Старший брат смотрел со спокойной ухмылкой.
— Водились, Пётр Пантелеевич. Спокойствие брата и ему передалось.
— Вот тебе и сказка. И стали подходить казаки из его дивизии. Прямо волнами они на таможню накатывали. И они стали спрашивать, как их сюда всех занесло. Мелехов как мог, ответил. Казаки зачесали затылки. Большинству предстоящий недельный отдых пришёлся по нраву. Поглядывая на брата, решился ехать в Каменскую.
— Так сколько тут до Каменской будет? — спросил у, «ишь ты», майора.
— Десять вёрст от нас будет. Езжайте, за этой «бригадой» мы присмотрим. Накормим и попадалово у них сытным получится. Таможенник улыбнулся. Мелехов хмыкнул.
— Пётр, покомандуй, я к голове нонешнему заскачу. Поспрашай тута ишшо. Бывай. С ним поехали Прохор и Коршунов на коньке местных пограничников. Митрий уже изъяснялся нормально, но редко. Ехали, молча версты две, рассматривая окрестности. Слева была весенняя цветущая степь, а справа начались аккуратно распаханные поля в коробках лесопосадок.
— Ты глянь-ко, Митрий, как складно распахано. Прохор не выдержал трёхминутной молчанки.
— Ага. Коршунов с игнорированием смотрящий на всё и всех, при виде ладных полей оживился. Свернули с асфальта. Глянули на пронёсшуюся по дороге пятнистую машину, спешились, и, оставив коней пастись в лесопосадке, ступили на поле. Прохор опустился на корточки и разрыл землю руками.
— Глянько, пашеничка посажана. Эх, полюшко-поле. Григорий, покусывая травинку, молча слушая начавшийся разговор между Митрием и Прохором, пришёл к выводу, что непонятное можно опустить, а с земляками он тут не пропадёт. В толпе подошедших казаков он рассмотрел и своих хуторян-земляков: Христоню, Якова Подкову, братьев Шамилей, Аникушку. Даже Степана Астахова увидал. Затем все вышли к дороге.
И послышался шум мотора. В сторону Каменской ехала легковая машина. Машина остановилась. Из неё, блеснув загорелыми ляжками, выбралась девушка в светлым платье до колен и туфельках.
— Товарищи, а куда эта дорога ведёт?
— Товарищей выискиваешь? А мы тебя щас плетей! Коршунов сердито скалясь, потянулся за нагайкой.
— Митрий, прекрати! Девушку это не испугало. Уперев руки в бока, незнакомка высказала, куда бы она засунула эту плётку Митьки, и какие были бы результаты. Потом ещё прошлась по «семейке» Коршунова. И всё таким ядрёным матом. Казаки смутились, а Коршунов со всего маха уселся на землю и стал рвать с такой злостью траву и раскидывать её, что все разулыбались.
— Ой, а вы на актёра Петра Глебова похожи, что играл Григория Мелехова в «Тихом Доне»! Тут кино снимают?
— Я не Глебов, я — Григорий Мелехов. А дорога ведёт в Каменскую.
— Мелехов? Какую Каменскую, тут Сальск должен быть. Дальше последовал разговор «немого с глухим».
— Куда мы, дядя Вася, попали? Девушка надула капризно губки. Степенный шофёр потускнел.
— Давай назад в конезавод вернёмся.
— Ага, Марсов, меня съест, что зря съездила.
— А ты его матом, Марсова этого, — Прохор бесхитростно подсказал.
— А у кого я мату училась? У директора Марсова и научилась. А потом любопытная девака уговорила Григория и Прохора поехать «в вашу Каменскую» на их «Ниве». — А этот хам пусть тут сидит, коней ваших охраняет. Сели в машину, раз, и показалась Каменская. Пассажиры в «Ниве» с удивлением рассматривали станицу, похожую на перевалочный военный пункт. — Ты смотри половина в давнишней форме, а половина в немецком камуфляже. Коммnbsp;ентировал дядя Вася увиденных вояк. — Это ж, какой тут год?
— 1912-й. Вон на афише написано. Изумлённые, поехали искать есаула Ястребова. Возле станичного правления увидели интересный грузовик.
— «ЗИЛ» переделали в броневик. А откуда на нём взялись американские пулемёты? -недоумевал Василий Васильевич Васечкин, шофёр директора Марсова, служивший в 1961-63 годах, в ГДР.
— Товарищ военный, а где можно найти есаула Ястребова? Девушка обратилась с вопросом к офицеру.
— Привет, сеньорита Лиэль, что уже не узнаёшь?
— Я не Лиэль, я Регина. Регина Дубовицкая, ветеринар конезавода ?159 имени Кирова.
— Вот мне везёт на этих «красных». Изрёк Ястребов. Сидящие в «Ниве» выбрались на асфальт. — А это Григорий Мелехов и Прохор Зыков. Я прав? Ох, уж этот, Борн, язви его в корень, дал почитать «Тихий Дон» с картинками. Подивил всех Ястребов. Последовала немая сцена. — О, а вот и сам милорд Борн припёрся. Подъехал легковой автомобиль серо-зелёного цвета. Из него, под шум громкой музыки, выбрался плечистый дядя в чёрных очках, чёрной майке-фуфайке с короткими рукавами, защитного, оливкового
