Юмористическое произведение о похождениях барона Романа Борна, попавшего из 2012 года в 1912 год. Стрельба есть, жертв — ноль. Может ли «Почта России» послать тебя как посылку на сто лет в прошлое на непонятную планету? Да? Нет? Оказывается еще как может. И будешь ты ощущать себя Буратино, сидя в этой «посылке». А потом окажешься как бы в гримерке рядом с похожими на тебя, как две капли росы, двойниками. И как быть? И кто виноват? Переработанная версия «Гримерки Буратино», 2012 года.
Авторы: Дум Андрей
На моё счастье во главе разъезда был один из помощников атамана.
— Здорово, станичники. Сотник, поговори с жандармами, они из 1968-го, кажется. Бывай. Сотник запарлякал. Я поехал дальше. И в станице прямо таки вдруг, рассмотрел, что домики казаков совсем не похожи на курени. Больше всего они на греческие дома похожи были. Я даже поездил по станице, рассматривая эти мегароны с плоской крышей. Увидел ещё много лавровых кустов перед домами. Виноградные кусты и хмель. — Как нам глаза то замылили! И… всё. Свежие мысли кончились.
Загнал машину во двор, взял свои вещи.
— А хозяев дома нету. Перед дверью в дом стояли две опрятно одетые женщины.
— А я кто?
— Ой, это Роман Михайлович приехал! Дальше я командовал, что в стирку, что в холодильник и, раздал подарки. Переоделся в свою таможенную форму и вышел во двор.
— Салют, дезертир.
— И вам, дядя, не болеть. Встретил улыбающегося Шатрова крепким рукопожатием. Шатров щеголял новым кителем и здоровым румянцем, как будто бы его и не ранили тяжело.
— Атаман, а где твой Георгий? И что такой цветущий?
— Ха, мне золотое оружие дали! Так доктор толковый попался, из басков.
— Тогда держи подарок. Трофей. Достал из машины саблю.
— Богато-богато. А клинок, какой. Сабля атаману понравилась. — Давай пристегнём, помоги трохи. Сели под виноград за пластиковый стол.
— Давай излагай события военспец. Изложил кратко.
— Какие потери? Взгляд Шатрова стал жёстче.
— Двух казаков покусали мелкие динозавры, одному чудаку лошадь наступила на ногу. А один «партизан» ушиб яички.
— Далее.
— Всё! Атаман и дышать забыл от радости. Далее на меня скромного пролился водопад дифирамбов, вплоть до зачисления в святые, плюс бронзовый памятник на родине героя.
— Борн, ты военный гений.
— Я? Брось, атаман, меня хвалить. У тебя, кстати, проблемки появились. Счас. Бронзовый памятник сменился на серебряный. И пришла Катя, взяла за уши и троекратно поцеловала в губы. И это при муже. — Даа. Прогрессорство на лицо!! — А с меня не убудет. Шатров отмахнулся.
— Рома, тебя может быть покормить?
— Когда это, Борн, был голодный. Атаман развеселился.
— В смысле? Катя не поняла весёлости мужа.
— Во всех смыслах, Катя.
— Охальник. Принёс подарки для Кати и чад атамана. Поцелуи повторились.
— Э, э, хватит. При живом то муже. А какие проблемы появились? С подарками я принёс ещё и роман Шолохова «Тихий Дон». Пролистал до первой картинки с лицами.
— Вот этого дядьку я видел, как тебя, атаман.
— Литературного героя? Сразу врубился Шатров.
— Скорее киногероя. Эту роль у нас играл актёр Пётр Глебов, из дворян, кстати. Но я с ним как с Григорием Мелеховым общался. Крутой мэн. Полный Георгиевский кавалер, выбился в офицеры из простых казаков. Рубака. Рубит одинаково и правой и левой руками. С ним целая бригада к нам из 1919-го попала. И он теперь старший полковник. Вот. А как сюда ехал, обнаружил на правом берегу нашего залива ещё шесть киногероев. И они тоже не играют, как и Мелехов. Они французы-жандармы из Сен-Тропе. Слышал о таком?
— Нет. Хотя….
— У нас был модным курортом, всякие знаменитости там отдыхали. Богатая рыбацкая деревня, в общем. Среди жандармов есть старший сержант Крюшо, я обхохотался, пока на него смотрел.
— Комик? Не Луи де Фюнес?
— Он. И Катя, и атаман, заулыбались. — Прогрессорство, оно такое…
— Сен-Тропе говоришь. Хех.
— Кто из вас лучше французский знает?
— Катя.
— Вот пусть и контактирует, они зарас могут припожаловать. Катя пошла домой и переоделась. Шляпка, платье, перчатки, туфельки. Всё по моде 50-х. Подарок от Зоси.
— Почти Коко Шанель.
— Лучше. Посидели, поболтали, попили чаю. И дождались гудков мотоциклов от начала улицы.
— Нескромно, кто-то едет.
— Ато. Вышли за ворота. По дороге, медленно, ехала целая процессия дорогих машин а ля 50-е, в сопровождении дюжины мотоциклов.
— Не хило мэр деревни разъезжает!! — атаман недоумевающе посмотрел на меня.
— Это не мэр.
— А кто?
— А я знаю. А вот Эльза с Борисовым. На встречу процессии ехала наша «Микра». Вперёд рвануло несколько мотоциклов, и прямо перед нами разыгрался целый спектакль. Охрана кортежа пыталась завернуть «Микру» назад, а Эльза пыталась проехать к нашим воротам, даже поворот включила. Охрана кричала по-французски, Эльза материла их по-русски. Крик стоял невообразимый, до тех пор, пока с заднего сидения не вылез Борисов. С «узи» в руках, в форме егеря и с Георгием на груди. Секьюрити кого-то там, бросились врассыпную, Эльза проехала куда хотела. А Борисов увидев меня,
