Юмористическое произведение о похождениях барона Романа Борна, попавшего из 2012 года в 1912 год. Стрельба есть, жертв — ноль. Может ли «Почта России» послать тебя как посылку на сто лет в прошлое на непонятную планету? Да? Нет? Оказывается еще как может. И будешь ты ощущать себя Буратино, сидя в этой «посылке». А потом окажешься как бы в гримерке рядом с похожими на тебя, как две капли росы, двойниками. И как быть? И кто виноват? Переработанная версия «Гримерки Буратино», 2012 года.
Авторы: Дум Андрей
А потом в комнату зашёл ещё человек, и Никита стал выискивать, как уйти огородами. Этого американца Никита подрезал в первом боестолкновении последнего выхода в Афган. Правда всё обошлось, и попал «агент Питерсон» опять в Афганистан. Там штатовский ЧОП «МСС»- милое СС у Никиты — осуществлял «гуманитарную» помощь. Потом были другие «горячие» точки. ЮАР, Сингапур, Бенин, Кения и Сомали. В Сомали в левую пятку Никиты прилетела картечина, и поехал он на лечение в Австрию. После реабилитации «отдел кадров» МСС направило Никиту на одни хитрые курсы. Никита курс прослушал, а потом пошёл «качать права». Огюст Бурже и Роман Полански долго смеялись.
— Сам виноват. Нечего было такие чистые документы покупать! Для ЦРУ ты ценнейший кадр! Директор Бурже, это тот, кого подрезал в Афгане Никита и замдиректора Полански, снайпер «угостивший» Макарова пулей нашли способ перевести Никиту в технический отдел. В отделе доверили, полгода, летать на Боинге Е-3А «Сентри», оператором электронного слежения. Потом семилетний контракт для Никиты закончился, он по этому делу проставился и тело, с векселями в трусах, загрузили на авиарейс до Варшавы. На родине были сплошные перемены, тайно вернувшийся старший шеф-агент спокойно купил на кровно заработанные амеры в Ростове-на-Дону «трёшку» на Рублёвском проспекте, бывшей Пушкинской. Ремонт сделали гасторбайтеры из Италии, и Макаров въехал в своё новое жилище. Включил телевизор и оцепенел. С экрана генерал-полковник Наступин и генерал-лейтенант Скотников рассуждали о назревших переменах в обществе. Телевизор он больше не смотрел. Посидел до вечера на кухне, а потом решил прогуляться. Вышел во двор и сходу получил наезд от трёх парней.
— Бабло гони, чувак. Парней Никита уложил под колёса подъехавшей милицейской «Волги». Из неё выскочил, какой-то толстячок-подполковник, и стал орать на Макарова. Никита, молча, развернулся и поднялся в квартиру. Утром раздался звонок в дверь. Вышел. Перед дверью стояли вчерашние побитые парни, толстячок-подполковник, капитан-участковый, представительный мужчина с татуировкой — К 2 — на голове и крашеная блондинка. Блондинка, оттерев ментов, бросилась к Никите.
— Никита!
— Да!
— Ой, Мишаня, это же мой племянник нашёлся! Никита, ты зачем мальчиков побил? Дальше шли охи, ахи. А опешивший Никита рассматривал свою изменённую тётку Беллу (три пластические операции не прошли даром). Мишаня всех отправил и зашёл знакомиться со свояком.
— А дом, где твоя квартира была, взорвали. Да, Миша?
— Угу, киса. Её первая пластическая операция. Иди ко мне Никита, на солидный оклад.
— Я подумаю. Месяц после этого Макаров прожил припеваючи, Мишаня Комаров оказался неплохим родственником. Потом у Мишани начались проблемы, Белла снова стала приставать, и Никита устроился на работу в кампанию сотовой связи водителем-альпинистом с частыми разъездами. Сначала было всё хорошо. А потом прибыл Макс, и стало плохо.
— Ну, ты, акадэмик! Удар — блок, удар — блок. А потом Никите прилетел ударчик, смутно-знакомый.
— Кто это тебе удар поставил?
— Костя Дзю.
— Костя!
— А ты, что его знаешь?
— Да, вместе учились.
— Ну, на спутниковый, поговори. Бывшие кореша посоветовали «дёргать из клоповника, и педриле привет».
— Не засветимся? Спросил Никита отдавая спутниковый телефон с приблудами.
— Обижаешь. Фирма веников не вяжет. С Максом Никита сработался, но друзьями они не стали. Три месяца колесили по Ростовской области, настраивая вышки сотовой связи. В последний приезд в Ростов, Никита заметил слежку. Притом следили за обоими. Пришлось обращаться к Мишане, у него была своя служба безопасности. Вести были очень неутешительные. За Никитой следило МГБ, за Максом — американцы. От слежки Никита ушёл, Максу ничего не сказал. Тот и так был дёрганный. Поехали в Егорлыкскую, настраивать вышку. Мишаня обещал привести «спецсредства» и новые документы («огурцов» и пакеты подкину вечером 15-го»). И его не было. И это было очень-очень плохо.
— Макс, ты, что там сочиняешь?
— Да понимаешь, Никитос, фишка в чём, я …
— … пишу шпионскую прогу, амеров хочу знатно срубить. Так? Чёртов воришка. Кю. Никита замолчал и уткнулся в журнал.
Глава 17.
Максу Шувалову показалось, что небо обрушилось на голову. — Откуда он ВСЁ знает? Его забила крупной дрожью, коленки затряслись, ладони вспотели, сердце готово было выскочить из груди, бла, бла, бла. И мультик промелькнул перед глазами о коротенькой жизни Шувалова-младшего. Детский сад, школа, спортивные секции, МГТУ и Индия. — Чё делать? Чё надо делать? Вцепившись в ноутбук, Макс искоса посмотрел
