Планета двойников

каблуке. Оптягончик подчёркивал выпуклые достоинства незнакомки.
   — Ну, здравствуй, Михалыч.
   — Здрасте. Незнакомка подошла вплотную и, прижавшись ко мне, чмокнула в нос. Мне показалось, что меня приобнял бетонный столб. Только тёплый и пахучий. Я прикрыл глаза и потянулся губами в ответном действии. Счас. Незнакомка отошла на шаг, и я услышал три чудных слова.
   — Кобель, бабник, поблуда!! И дамочка радикально перешла к рукоприкладству. Бац правой. Бац левой. Из моих глаз посыпались звезды, и слух резко запропал. Дальше я услышал много лаконичных, но ёмких слов. Леди действо завершила и отбыла в западном направлении. — Это она в аффекте проделала или сознательно? Постоял-постоял и побрёл, как побитый до хаты. — Ох. Кабаша. Кис-кис-кис. Под дверью сидел кот из моей прошлой жизни. Камчатский бобтейл с диким окрасом. Я аж слезу от умиления пустил. — Хоть тут радость подарили. — Кабаша, иди сюда. Кот мяукнул и удрал под виноградник. — Не признаешь, толстый? Кот меня не признавал. Зашёл в дом и быстро привел себя в порядок. С мокрыми волосами полез по сусекам искать кошачий корм. Перерыл вверх дном все полки, но нашёл. — Кис-кис-кис. Ты же это любишь. Кот откушал полпачки и дичится, перестал. Занёс кота в дом. Кабаша прошёлся по комнатам и занял своё любимое место на кресле в зале. — Кошак, зомбиящик смотреть будем? К телевидению кот отнёсся с брезгливостью. А я стал слушать новости.
   — Какие-то они однобокие, киса. Только за наших соседей. А когда же будет Ростов передавать? Вместо Ростова телевизор стал показывать установочную заставку. Звякнул мобильник. — Але.
   — Это Монтекки. Господин Борн, разрешите Вас поздравить, я подписал указ о производстве вас в бароны Великого княжества Агра «за смелое решение, круто изменившее будущее княжества».
   — Спасибо, сир.
   — Можете называть меня Нестором.
   — Учту, сир. Мон отключился. Пошёл радовать кота известием. По телевизору шло «Лебединое озеро». По всем пяти каналам. Пока я переключал каналы, заявился атаман. Радостный такой.
   — Привет, ветеран.
   — Можете называть меня сэром, милорд. Меня Мон возвёл в бароны. Шатрову моё рыцарство было по барабану. Он Кабашу увидел. Повосторгался котом и потащил меня к себе обедать.
   — У меня сегодня праздник души, сэр. Радость атамана была круто замешена на некой тайне. За столом я вручил домочадцам атамана подарки от Рустама.
   — Атаман, колись. Какой новостью порадуешь. Шатров весело мне подмигнул.
   — Их будет три. Во-первых, вчера командор Вилькицкий разгромил базу пиратов на острове Крючок. Только один пират ускользнул. Во-вторых, вчера обожаемый тобою князь Гэ-Гэ сошёл с ума. Сидит и пузыри пускает. И, в-третьих. Пропали Зогин и Шилин.
   — Как пропали?
   — Безвозвратно. Анонимку подбросили. Просили напрасно не искать. Муравьёв в Ростове затеял аресты. Всех казнокрадов-приближённых Зогина, гамузом, да в каталажку. И сие всё означает, что у меня сегодня праздник для души и тела. Правда, Катя?
   — Ии, бесстыжие глаза. Атаманша густо покраснела. Посиделки за столом продолжились. К атаману стали прибывать гости. Эльза с Борисовым заскочили на минутку к Шатровым и подвезли меня с оказией до Никиты.
   — Спасибо, Ромео энд Джульетта. Борисов и Эльза и в машине за ручки держались. Зашёл во дворец Макаровых.
   — Господин полковник у себя в кабинете. Велели не беспокоить. Ординарец попытался меня не пустить.
   — Да я на минуту. Полковник, зачем то меня хочет видеть.
   — Э, проходите. Я поднялся на третий этаж помпезного домуса. Прошагал по толстому ковру приёмной и увидел приоткрытую дверь кабинета. — А сами виноваты, нечего было такой толстый ковёр стелить. Это я немного погрел уши у приоткрытой двери. Бла, бла, бла. Никита приглушённо делился какой-то информацией с Лиэль.
   — А правильно ты придумал скормить этих «жирных котов» динозаврам. Сволочи. Мурлыкающий голосок Лиэль. — Каких это «жирных котов»? Представил Кабашу с раскосыми глазами. — Да ну на. Так это он, что… Дверь я аккуратненько прикрыл и вежливенько постучался.
   — Войдите. Голос Никиты. Впихнулся. Мысли в это время у меня кружили в мозгах разные, но нить разговора с «любителем динозавров» наметилась чёткая.
   — Здрасте, господа Макаровы.
   — Здравия желаем, товарищ рядовой. Полковник вскочил со стола и, выпятив живот, козырнул. Никита дешёво фиглярствовал. Лиэль, та хоть кивнула, а муженёк вон коленца откалывает.
   — Это почему я рядовой. Я старшина запаса, сэр-барон и ветеран. Нате вам подарки. Преподнёс дары, закрыл на пол-оборота ключа дверь и закурил сигарету.
   — О, неплохая сабелька. Это Никита.
   — Ой, какая прелесть. Восторгалась