всем вокруг помочь. А Эйльли ей нравилась всегда.
Они оставили прибранную за собой хижину и углубились уже в лес, но совсем немного, когда невдалеке послышался скрежет и стон.
«Коррозия металла. Точка вне движения – четыре, два, два и пять!», чутко среагировал инфокодер, который вообще с тех пор, как Эйльли отдала его Красной Шапочке, стал вести себя настолько правдиво и своевременно, что Эйльли уже несколько раз с подозрением поглядывала на него: не затевает ли?..
– Посмотрим, что там такое, – сказала Эйльли, сворачивая в означенном направлении.
За ней пошли Красная Шапочка и Страшила, которого Красная Шапочка учила держать её за руку, «чтоб не потерялась». Через несколько десятков шагов Эйльли замерла.
– …Я обещала тебе рассказать про киберов! Кибер выглядит так… – сказала Эйльли тоном ментор-преподавательницы сексологии в старших классах школы XX века, стоя перед внезапно возникшим среди зелёной листвы железным человеком с занесённым вверх топором.
– Как? – Красная Шапочка с любопытством пробиралась сквозь норовящие её погладить кусты нежень-жимолости в сопровождении старающегося уберечь её Страшилы.
– Ой! – вскрикнула она, увидев железного человека с топором, и осторожно приблизилась к киберу: – Эйльли, а чего это он с топором?
– Не знаю. Лесоруб, наверное, – предположила Эйльли. – Модификация древняя, но судя по контрольным датчикам ещё вполне жизнеспособная. Аморф, ты не видишь, что с ним?
– Окисление внешних проводников по всему защитному контуру! По-моему его просто надо протереть активизатором. Но в этом лесу вряд ли водится активизатор…
«Активизатор ионно-обменных систем Б-13 дробь 2. Местонахождение: дальний правый угол объекта “Избушка”», доложил инфокодер. Через полчаса кибер посверкивал на солнышке металлоидными платами как новенький, активный состав восстановил и запустил заново все повреждённые системы.
– Представитель свободно-мыслящих систем, материал – металл в четырёх состояниях, индивидуальное наименование «Дровосек», – отрекомендовался кибер. – Благодарен вам за моё освобождение так, что чуть дрожат тормозные приводы на ногах! Искреннее спасибо и если потребуется моя помощь вам в любое время дня и ночи!
– Это Красная Шапочка, – представила Эйльли. – Самое милое и красивое животное во всех существующих измерениях и просто чудесный ребёнок! Она будет звать тебя Дровосеком, потому что её и в самом деле очаровал твой топор. Это Аморф! Красная Шапочка называет его Страшила и полностью права. Он самый добрый на свете. А это – Эйльли! – Эйльли показала на себя. – Она будет звать тебя Кибером, потому что у тебя пальцы железные. Мы идём к бабушке и несём пирожки, которые скоро пожарит мама моего ненаглядного дитя. А потом мы пойдём в Изумрудный Город к волшебнику Гудвину. Кто за чем… Аморф за мозгами, я за билетами на обратный сеанс в один увлёкший меня кинотеатр, а Красная Шапочка – просто, со мной. Если у тебя есть какая-нибудь давняя мечта – пойдём с нами!
– Давняя мечта есть. Иду с вами, – охотно согласился Кибер-Дровосек.
– А какая у тебя мечта? – спросила Красная Шапочка.
– О, это целая история! Я расскажу вам её по дороге, и заодно вы узнаете, как я попал в то печальное положение, из которого вы меня выручили.
И уже вчетвером они продолжили путь, отыскав оставленную ночью тропинку из жёлтого кирпича.
«Я был кибером не всю жизнь», начал рассказ Кибер-Дровосек, «Родился я человеком и рос в родной деревне, пока не повстречал однажды в лесу внучку-племянницу феи Гингемы прекрасную Адель. Мы полюбили друг друга и хотели пожениться согласно обычаям нашей деревни. Но фея Гингема, не сказав никому о причине, всецело воспротивилась нашему браку. Она произнесла ряд свирепых заклинаний, среди которых были такие восклицания как «Не бывать никогда!» и «Только через мой труп!». Адель очень уважала свою тётушку и немного побаивалась, в основном за её здоровье. Она плакала у меня на груди, а свадьба была почти расстроена. Я был молод и горяч, я пришёл к замку феи Гингемы и, не посмотрев ни на что, вошёл в её покои. Поверженная охрана позади меня превращалась в песок, сама Гингема сидела на деревянной ступе посреди тёмных покоев и, отшатнувшись, смотрела на меня:
– Чего хочешь ты, человек? – крикнула она, когда я попытался приблизиться, и между мною и ней встала стена огня. Я рассёк огонь своим боевым топором и сказал:
– Или ты оставишь нас в покое, успокоишь Адель и дашь справить нашу свадьбу по всей форме, или я заставлю сейчас тебя дрожать и трепетать, старая ведьма!!!
О, я был молод и горяч. Я был очень молод и очень горяч!
