аномалии и был втянут в обесточившую его воронку.
– Страшила, Страшила, держись! – кричала ему Красная Шапочка. – Мы сейчас приплывём, вернёмся и спасём тебя! Если захочешь тонуть – ты мне больше не друг! Держись, милый Страшила!
«Держусь», высветил на дисплее сообщение от Страшилы-Аморфа Тотошка, «Никогда не тону – лучший друг. Возвращайтесь скорей. Буду очень скучать». Скоро путешественники выбрались, наконец, на противоположный берег. Вдоль берега они пошли в обратном течению направлении и вскоре увидели Страшилу-Аморфа, печально мерцающего в аварийном режиме красноватым сиянием на самой середине реки. Занятия по спасению Страшилы распределились следующим образом. Кибер-Дровосек занялся инфообменом с интеллект-центром Страшилы-Аморфа, совместно с ним проектируя понтонную переправу. Эйльли занималась настройкой дистанционного энергоуправления на инфокодере. Львёнок бегал по берегу и рычал на все встречаемые волны, чтобы Страшиле не так страшно было сидеть над мокрой водой. А Красная Шапочка сидела на высоком берегу, свесив вниз ноги, и пела песенку «…про коню». Третий куплет:
Вот и прыгнул конь буланой…
Прямо в речку… Окаянной…
А!
Бурная река…
Ох, как глубока!..
Расхаживавший поблизости Ангел-птиц с интересом наблюдал всю эту занимательную картину, в надежде самостоятельно разобраться, чем занимаются столь увлечённо неожиданно появившиеся умопомрачительные персонажи. Но всё ж не выдержал и обратился к Эйльли, сосредоточенно крутившей ушки настройки втягивающего её запах Кодера-Тотошки:
– Прошу прощения, не смогу ли быть полезен?
Эйльли только рукой махнула: кодер безнадёжно вис. Он старался изо всех сил, иногда пыхтел и вспыхивал сетками настроечных таблиц, даже пару раз запросил разрешение на полную перезагрузку граничившую с самоликвидацией. Но настроиться на рабочий лад он не мог…
– Нет-нет, действительно! – настаивал Ангел-птиц. – Вы только скажите мне, что вы собираетесь делать, и я помогу вам советом. Если вы собираетесь удить рыбу, то поверьте мне – это делать лучше чуть выше по течению. А если вы снимаете кино из жизни водоплавающих пернатых, то главный герой должен взять несколько ниже в пространстве и несколько выше в мировоззрении. Здешние пернатые на воде держаться с непременной долей оптимизма в глазах!
– Мы Страшилу спасаем! – сказала Красная Шапочка. – Он в воздухе снова застрял!..
– Да? Хм! – Ангел-птиц принял чуть озабоченное выражение. – Но не проще ли вам было бы спасать Страшилу на берегу? Или условия спасения требуют находиться ему над водой?
– Требуют!.. – вздохнула Эйльли, оставляя в покое измученный напульсник. – Мы его вытащить не можем…
И вдруг её осенило: «Крылья!» Ангел-птиц, не говоря ни слова, уже взлетел и направился к Страшиле-Аморфу.
– Вливайся в меня и держись крепче! – крикнул он тающему в воздухе без тени чувств Страшиле-Аморфу и влетел в его поле.
Страшила-Аморф тут же включился внутрь и Ангел-птиц понёсся с ним к берегу, переливаясь и сверкая на лету, как северное сияние.
– Спасайте его лучше здесь! – сказал Ангел-птиц, доставив Страшилу-Аморфа на землю и, взмахнув крыльями, полетел по своим делам.
– Спасибо! – крикнула уже вдогонку ему Эйльли. – Вы очень добры!
Страшила-Аморф был спасён. Путешественники двинулись дальше. Места здесь были удивительно красивые. Лес кончился, вовсю светило солнце и пели птицы. А впереди лежало большое поле обворожительно диких маков.
– Мечта моей зрелой юности! – сказала Эйльли, когда они все оказались окружены безжалостно испаряющими себя в волшебные грёзы алыми маками. – Здесь можно было бы уснуть навсегда! Э, да ты уже спишь, малышка!
Глазки Красной Шапочки и правда начинали смыкаться. Начинал потряхивать головой и Львёнок. Тогда Эйльли взяла Красную Шапочку на руки, а Львёнку сказала:
– Беги что есть сил, малыш! Если ты уснёшь, нам тебя не вытащить с этого поля!
И Львёнок бросился вперёд. Он бежал, и маковое поле раскачивалось у него под ногами, как ненадёжная речная вода. Он бежал всё быстрее, а маки тянулись навстречу и качались всё более сильно и плавно. Наконец Львёнок взлетел, и танцующие в хороводе вокруг него маки взлетели вместе с ним, и понесли его в кольце сказочных радужных снов: не добежав до края поля не больше сотни шагов, Львёнок спал с мордочкой на передних лапах, среди склоняющихся к нему ласково-алых цветов…
Принципиально отвергали действие дурманящего запаха только Кибер-Дровосек и Страшила-Аморф. Красная Шапочка вовсю посапывала на плече у Эйльли, а сама Эйльли к концу макового поля готова была поклясться, что если
