Бесследно исчезла дочь миллионера Марата Ладыгина. Неожиданно помощь в поисках предлагает Вера Лученко. Ведь накануне, случайно столкнувшись с девушкой, она заметила в ней нечто странное и настораживающее.Вера обнаруживает, что скромница Мира на самом деле вела тайную жизнь…Что же скрывала дочь от миллионера? Кто стоит за этим похищением?
Авторы: Владимирские Анна и Петр
она хочет быть. На этот вопрос отвечают по-разному. Мужчины чаще называют медведя, это выбор силы. Моя подруга, актриса, выбрала пантеру — хищницу. А Мира предпочла легкий полет, парение над камышом и переливчатые крылья… Ну, там еще был ландыш, го есть чистота и неуверенность в своих силах. Кроватка — уязвимость, желание защититься… Из музыкальных инструментов Мира, не задумываясь, выбрала скрипку. И это вовсе не банальный выбор первого попавшегося инструмента, девушка осознанно хотела, чтобы музыка напоминала человеческий голос. Ведь именно скрипка ближе всего к созвучиям живого голоса. Ей не хватало теплого разговора, участия, общения — вот такой я сделала вывод… Извините, я вас перебила.
— Дальше вы предложили «встречную» награду за живую и здоровую дочь Ладыгина. До этого мы не додумались бы никогда. Если б Марат Артурович заплатил во второй раз, неизвестно, что случилось бы потом.
— Это точно, — согласилась Вера. — Наверняка не очень хорошее. Дегтярев и его помощница именно после контрпредложения занервничали. Это все цепная реакция моей придумки. А когда они занервничали, Мира поняла, что они мерзавцы, и удрала. Иначе бы зачем ей удирать, она бы и сейчас там сидела и ждала, что ей принесут папины деньги, которые она хотела маме преподнести.
Старостин продолжил:
— Все это замечательно. Однако вы во всеуслышание рассказали тут о Мире всю подноготную. Из этого следует, что известная кутюрье — девушка с червоточиной. Хотела собственного папу-миллионера облапошить… Выходит, позор на весь мир! Эти бравые ребятки теперь такого понапишут!.. Так? И ее дизайнерский образ сильно проиграет. Неужели нельзя было кое о чем умолчать, а, Вера Алексеевна? Ведь Ладыгин меня теперь уволит.
— Снова вы об увольнении, — ответила Вера безмятежно. — Боитесь? А ведь самодостаточная личность ни от кого не должна зависеть… — Тут она слегка опечалилась. — И все-таки вы не правы. Начнем с того, что Мирин дизайн теперь будут покупать еще охотнее. Бум у нее наступит в продажах, уж поверьте! Ей нечего стесняться, она на своих ошибках учится. А папочке Ладыгину передайте, пожалуйста, что это он, в сущности, виноват в самопохищении дочери. Потому что не давал ей встретиться с мамой. Чрезмерно опекал и охранял. При этом даже не сам лично, а через наемных своих людей, через вас. Так что пусть тоже учится на своих ошибках. Ничего. Вся эта сомнительная история папе с дочкой все же не повредит. А может, — загадочно улыбнулась Лученко, — и не только им.
Старостин вздохнул.
— Еще что-нибудь передать?
— Да, передайте.
— Слушаю.
— Передайте своему шефу, что для золотой рыбки у меня есть одно желание. Если он считает, что должен мне что-нибудь, пусть купит билет на самолет в Нью-Йорк.
Мира Ладыгина теперь свободно встречалась с мамой, когда ей только хотелось. Причем ездила в гости на мотоцикле. Отец, к ее удивлению, вовсе не запрещал, не ругался, не давил на психику — мол, будь осторожна и все такое. Наоборот, когда увидел ее «Харлей Дэвидсон», у самого глазки загорелись! Попросил прокатиться, сделал круг по территории усадьбы, потом на шоссе — и как газанет! Нет, все-таки папка у нее классный!
Она не замечала за собой и обычного надзора охраны. Подозревала, конечно, что он есть, но не видела. Ну и хорошо.
Мирослава даже уговорила отца, что пробудет в Киеве еще около месяца. Слишком давно она с мамой не общалась. Уговорить его удалось легко. Папа все больше ее удивлял… Правда, он насчет ее бизнеса забеспокоился, но она ведь столько напроектировала в последнее время — на полгода шитья хватит.
А сам он уже засобирался в Москву. Только вот день рождения с дочкой отметит — и полетит.
— Па! — сказала Мира. — Я приготовила тебе сюрприз.
— Да? Ты меня заинтриговала. И что же это?
Мире хотелось казаться серьезной, но глаза ее смеялись. В них плескались веселые огоньки радости. Она набрала побольше воздуха в легкие и объявила:
— Путеществие на воздушном шаре!
— Ты подарила мне на день рождения полет на воздушном шаре? — изумленно вскричал папа-миллионер.
— Да.
— А знаешь ли ты, маленькая моя божья коровка, что я с детства мечтал о такой прогулке? Да ты просто чудо, а не дочь!
— Ура!
— Не просто ура, а гип-гип-ура!
Мира пустилась в пляс, выделывая восторженные коленца. Папа тоже немного попрыгал, корча страшные рожи.
— Что же ты, — немного задыхаясь, спросила Мира, — до сих пор не полетал на шаре? Бедненький! Неужели денежек не хватило?
— Да, бедный я! — подхватил игру Марат. — Разорен выкупами, которые должен заплатить за свою неразумную дочь!
Мира перестала
