Бесследно исчезла дочь миллионера Марата Ладыгина. Неожиданно помощь в поисках предлагает Вера Лученко. Ведь накануне, случайно столкнувшись с девушкой, она заметила в ней нечто странное и настораживающее.Вера обнаруживает, что скромница Мира на самом деле вела тайную жизнь…Что же скрывала дочь от миллионера? Кто стоит за этим похищением?
Авторы: Владимирские Анна и Петр
что их дочь, скорее всего, сидит где-нибудь с биноклем и наблюдает за ними. Мира, как и он в годы своей студенческой молодости, способна придумывать удивительные приключения.
Прошла минута или две.
— Будем ждать ее или полетим? — спросил Марат. — Вот и инструктор уже пришел. Давай руку…
Рита вдруг почувствовала, что подать ему руку еще труднее, чем представить себя на высоте. Но и не подать?…
Она закрыла глаза…
— Между прочим, у меня день рождения сегодня, — услышала она его голос. — Ты еще помнишь?
Она протянула ему руку в ответ.
Ладыгин оказался прав. Мирослава и вправду пряталась за машиной-заправщиком, на том участке летного поля, где стояло несколько небольших частных самолетов. К глазам она приложила бинокль с многократным увеличением и, закусив губу, цедила сквозь зубы:
— Да что ж вы стоите, как неродные! Подойдите поближе друг к другу! Папа, помоги маме забраться в корзину. Где этот чертов инструктор? Ах, вот он! Он им что-то говорит. Наверное, что время отправляться. Так, папочка подал маме руку, но корзина высокая, правильно… Я такую и заказывала. Ей никак туда не влезть. Ну? Папа! Почему ты такой тугодум? Нужно взять маму на руки, что ты как маленький… И перенести ее внутрь. Мама, не сопротивляйся, пожалуйста! Закрой глаза и все… Ну? О! Додумался наконец-то. Ура! Подхватил ее и переносит внутрь этой кошелки… Фу ты, корзины. Все как в замедленной съемке. Молодец, папуля! Не торопится поставить маму на пол. Мамочка, скромница наша, сама выскальзывает! Так… Зажгли горелку под шаром. Сейчас, сейчас… Наполняется воздухом и круглеет, как глобус. Ура, поднимается! Ну все, родители. Я сделала, что могла. Не подведите меня!
Девушка положила бинокль, сложила руки ковшиком и прошептала:
— Господи! Пусть мама и папа снова будут вместе…
Из горелок вырвалось пламя. Шар встрепенулся, проснулся, заколыхался… Обрел наконец свою форму. И медленно взлетел. Марат почувствовал толчок счастья в сердце — может быть, его давние детские мечты сбываются?
Рита только приоткрыла щелочки глаз — и снова зажмурилась. Марат осторожно прикоснулся рукой к ее руке. Она крепко схватила его ладонь, распахнула глаза… Страх куда-то улетучится, вместо него появился восторг.
И больше ничего уже не было, только чистый детский восторг, шар и бесконечное, совершенно нестрашное небо.
Никогда Вера Лученко и не мечтала увидеть Нью-Йорк. В этом смысле и она, и знаменитый город давно махнули друг на друга руками. Все знакомые, уехавшие туда жить в разные прошлые годы, пропадали навсегда сразу же после обещаний писать и звонить. Это был просто нарядный миф, голливудская декорация для фильмов с Вупи Голдберг и Эдди Мерфи, срежиссированная картинка. Вера почти не верила в вещественность этого города.
Каково же было се удивление, когда они с городом встретились!
Накануне она написала старому другу, однокласснику. Потому что догадывалась: без провожатых в Нью-Йорке нельзя. Заблудишься и пропадешь, не найдешь нужного тебе места. Алик с радостью согласился ее встретить и погулять по Манхэттену.
— Почему это ты с гитарой? — спросила его Вера, когда он забирал ее из аэропорта имени Джона Кеннеди.
— А я всегда с ней! — радостно ответил одноклассник. — Играю в ресторане.
Коренастый и круглоголовый, коротко стриженный, он был похож на довольного, широко улыбающегося и притом небритого кота.
Они сели в его «форд» и двинулись в город. Алик не замолкал ни на минуту, уверяя Веру Лученко, что она должна посмотреть Центральный парк, погулять по Уолл-стрит, иначе она не увидит Нью-Йорка. Ах да, еще Бродвей и Пятая авеню. Он произносил это слово как «эвеню». И Метрополитен-музеум, и, конечно же, смотровая площадка Эмпайра, и…
Вера понимала: не то что дня, а жизни не хватит, чтобы увидеть Нью-Йорк. Но у нее были свои планы: зоопарк в Бронксе, где работал Андрей Двинятин. А потом она и без Атика сможет обойтись…
Она уговорила своего темпераментного гида-музыканта не спеша пройтись по Манхэттену. Интересно же просто попетлять по улицам, придерживаясь, как путеводной нити, Бродвея. Потому что выше и правее Бродвея, если смотреть по схеме города, как раз и находится Бронкс.
И они гуляли. Вера быстро поняла, что она напрасно боялась заблудиться. Здесь это было невозможно: улицы- то пронумерованы! Это честные улицы, они работают именно улицами и ни в какой таинственный уголок тебя не заведут. Даже без карты на каждом углу всегда ясно, где ты находишься, потеряться невозможно. Хотя именно это и странно, именно это почему-то тревожит…
Вскоре Лученко
