Бесследно исчезла дочь миллионера Марата Ладыгина. Неожиданно помощь в поисках предлагает Вера Лученко. Ведь накануне, случайно столкнувшись с девушкой, она заметила в ней нечто странное и настораживающее.Вера обнаруживает, что скромница Мира на самом деле вела тайную жизнь…Что же скрывала дочь от миллионера? Кто стоит за этим похищением?
Авторы: Владимирские Анна и Петр
когда ему вдруг на мгновение захотелось решить уравнение с новыми неизвестными, и страх: ведь ему ничего не нужно сверх того, что он уже имеет, и уйди, лукавый дьявол соблазна, прочь.
Марат Ладыгин к пяти часам утра задремал на диване. В смежной с кабинетом комнате Сергей Старостин в полголоса разговаривал по телефону, принимал факсы и электронные письма, что-то записывал. К телефону был давно присоединен извлеченный из его багажа специальный прибор, предназначенный для определения местонахождения звонящего.
Телефон зазвонил в пять часов тридцать две минуты.
Марат вскинулся. В кабинет вбежал его помощник и сказал: «Подождите…» Они оба подождали секунд десять.
Марат снял трубку.
— Слушаю!
— Твоя дочь у нас, — сказал голос, который мог принадлежать и мужчине, и женшине.
— Зачем вы это сделали?!
— Молчи и не перебивай. Ты получишь ее, когда передашь миллион долларов…
— Что вам от нее надо?
— Заткнись, если хочешь получить Миру. Приезжай один, через два дня, ночью, к кафе «Усадьба» на Обуховской трассе. Там тебе позвонят.
— Дайте мне поговорить с Мирой!
В трубке послышались короткие гудки.
Мужчины прослушали запись несколько раз.
— Не понимаю, — сказал Ладыгин, растирая смятую во сне щеку. — Почему миллион? Они могли потребовать гораздо больше.
— Может, не только в деньгах дело, — сказал Старостин. — Я продолжаю проверять все версии, — твердо добавил он. — Мне нужно уехать. С вами будут мои ребята, они уже приближаются к дому.
Напоследок он прослушал запись еще раз. Разговор был предельно кратким. Он длился пятнадцать секунд, поэтому техника не смогла засечь, откуда сделан звонок.
Назавтра за рыжей Соней никто не приехал. Хозяева сеттера не появились и не дали о себе знать. Второй день тоже прошел без перемен. Неужели ее просто-напросто бросили? Такое уже случалось. Ни домашний, ни мобильный телефоны, записанные в журнале, не отзывались. Прошел еще день. Владельцы собаки не приезжали.
Собака почти не ела, скучая по хозяевам. Лишь изредка пила воду из поилки. Андрей пытался ее растормошить, но она только смотрела на него своими умными глазами и вновь устремляла взгляд туда, где за поворотом на Голосеевский бульвар скрылся «форд». Тогда, проходя мимо Кисина, Андрей сказал то ли в шутку, то ли по привычке разговаривать с котом вслух:
— Друг мой сэр Кисин! Взяли бы вы Соню под свое покровительство. Видите, как она скучает. Одиноко ей, братец вы мой. А сеттеры, это такой народ — слишком эмоциональный. От тоски может и погибнуть!
Кисин никак не дал понять, что согласен, лишь слегка дернул ухом на слово «братец» — не любил фамильярности. Однако он был на редкость понятливый кот. Не зря Двинятин его в клинику взял. При такой сообразительности Кисин, будь он человеком, заслужил бы никак не меньше, чем лаборантский оклад. Правда, он и так получал свою зарплату и рыбой, и любовью всего персонала, и уважением посетителей. Буквально через полчаса второй ветеринарный врач Зоя позвала своего коллегу:
— Вы только гляньте, Андрей Владимирович! Кисин на прогулку Соню вывел. Посмотрите, что он выделывает! Нет, вы только посмотрите!
Андрей выглянул в окно. Соня прогуливалась по двору, изучая окрестности. Кисин шел параллельным курсом. Время от времени он, словно в глубокой задумчивости, проходил под Сониным животом, раздвигая рыжую бахрому волнистой шерсти и приглаживая серым велюровым хвостом Сонин бок. Соня в некотором недоумении поглядывала на кота, дескать, что за шуточки? Но он продолжал проходы под животом у сеттера, и вскоре она привыкла к такому странному гулянью. Как очень умная девочка. Соня даже замедлила свой стремительный шаг, чтобы Кисину было удобней поспевать за своей рыжей подругой.
Двипятин улыбнулся в усы, глядя на эту картину. Конечно, он догадывался о выдающихся способностях кота, но чтобы так откровенно приручить долговязую красотку! Вот у кого стоило бы поучиться…
Тем временем теплое бабье лето сменилось дождем, предвещая начало холодной осени. А клиника разместилась в чудесном месте — возле Голосеевского леса, у корпусов сельхозакадемии. Перед ветеринарной клиникой была маленькая березовая рощица-десяток молоденьких деревьев. Среди них затесался старый широкий, с огромными листьями-ладонями каштан, он был словно дядька этим березкам. Соне и Кисину нравилось гулять в березовой роще. Зеленая густая трава была усеяна тонкими желтыми прозрачно-мелкими березовыми листочками. Между ними лежали дядькины гостинцы в светло-зеленой колючей кожуре. Они подмигивали
