Платиновый мальчик

помрачнел: еще неизвестно, поверит ли Томка его басням. Мать, например, не очень-то поверила. Все косилась на него и насмешливо фыркала, когда Лешка описывал свои злоключения.
Как назло, коварная Матильда была при матери тише воды ниже травы, когтей ни разу не выпустила и даже помыть себя позволила. Короче, ангел ангелом, разве что без крылышек.
Надо сказать, Лешка немало удивился, когда мать высушила кошку. Из ободранного тощего зверя непонятного цвета Матильда превратилась в очаровательную рыжую кошечку. Впрочем, с тем же мерзким характером, что нельзя забывать. И  когти, к сожалению, остались на месте.
Лешка совершенно серьезно просил мать обрезать их напрочь. Даже приволок на выбор инструменты: маникюрные ножницы, портновские ножницы и плоскогубцы.
Мать лишь засмеялась, погрозила ему пальцем и заявила, что некрасиво все сваливать на невинное животное. Мол, если Томочка так жестоко обошлась с ним, значит… Заслужил! И вместо того, чтобы заводить себе кошку, поспешил бы к ней мириться. Томочка Журжина — милая девочка, лучшей невестки ей не нужно.
Лешка только крякнул, услышав ее отповедь: и это родная мать! Даже не пожалела единственного сына. Обработала царапины йодом да посетовала на его неуступчивость. Мол, заждалась внуков.
Вот Лешке и пришлось на эту неделю срочно «уехать в командировку». Торчать в родной квартире при опущенных жалюзи, как преступнику в розыске,  вздрагивать на любой телефонный звонок и прослушивать потом автоответчик, бессильно злясь на себя, Томку и весь остальной мир.
Особенно раздражала Лешку невозможность поговорить с Тамарой, она звонила практически ежедневно, сразу после работы. Вчера так даже заявила, что ни капли не верит в Лешкину командировку. А если он сейчас же не подойдет к телефону, то сильно об этом пожалеет.
Лешка не подошел, само собой. И радовался одному — Томик ни разу не упомянула о его «идеале». Оставалось надеяться, что самолюбивая Маша правды не сказала. Наверняка уверила подругу, что Лешка ей не понравился. И слава богу!
О собственном «идеале» Тамара тоже помалкивала, и это всерьез беспокоило Лешку. Насколько он знал свою подругу, она просто обязана его поддразнивать, молчание совсем не в ее правилах. Вот раздраконить его — совсем другое дело. В этом она вся.
Лешка сдвинул брови: или Томик по-прежнему встречается с белоголовым? И настолько им очарована, что ломает себя, пытаясь превратиться в обычную смазливую куколку? Какой он видел ее в последний раз?
«Надо сказать, у нее очень неплохо получилось, что удивительно,—неохотно признал Лешка.— Или тут Лелька ручки свои пакостливые приложила? Сделала из младшей сестры настоящую сексуалочку. Только зачем? Вот уж сладкая парочка…»
Лешка с досадой пробормотал:
—Под замок бы обеих и под чадру, для их же безопасности!
И озабоченно подумал: «Может, Сергею позвонить, пусть присмотрит за девчонками, пока я тут отсиживаюсь? Узнает все о расследовании, подстрахует, если что. Правда, кажется, кражи пустячные, явно одиночка действовал, да и дельце глухое, но… Кто этих ненормальных знает, они всегда найдут во что вляпаться!»
«Платиновый мальчик» Лешке совсем не понравился. Не то чтобы он волновался, что Тамара в него влюбится… В любом случае надолго ее не хватит, она слишком умна.
Лешка сжал кулаки: и все-таки незачем ей встречаться с этим хлыщом. Такие зализанные красавчики частенько оказываются подонками. А Томка доверчива, как младенец. Интересно, кто он такой? Попытаться узнать у Лельки? Как же, скажет она…
Матильда подошла к своей миске, исподлобья покосилась на хозяина и коротко, требовательно мяукнула. Лешка внезапно обозлился: и эта командует! Еще и с мысли сбила. Нет, женщин явно придумали, чтобы им, мужикам, жизнь медом не казалась.
Бормоча себе под нос проклятия Адаму, уступившему на это черное дело свое ребро — лишнее у мерзавца, видите ли, затесалось, — Лешка вывалил в пластиковую чашку принесенные матерью кошачьи консервы и вздрогнул: раздался звонок. Настырный причем, кто-то и не думал отрывать пальца от кнопки.
Матильда негодующе фыркнула, а Лешка тяжко вздохнул: звонила явно Томка Журжина. Ее привычка злить его таким образом. Вечно трезвонит, пока дверь перед ней не распахнешь.
Да-а, что-то она сейчас скажет, увидев его физиономию? С другой стороны — цела, уже неплохо…
И с этой утешительной мыслью Лешка Сазонов поплелся в прихожую..
                                                ***
Естественно, он угадал. На площадке стояла Журжина в самом своем обычном, полумальчишеском непритязательном виде.  Встрепанные темно- каштановые волосы, побледневшее