В ночь с четверга на пятницу к Наталье вернулась первая любовь, причем в полном соответствии со словами когда-то очень популярной песни: она «нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь». Нагрянула любовь не по инициативе Натальи — она никак не рассчитывала увидеть во сне Володьку Кириллова, но один и тот же сон повторялся еженощно — с кратковременными передышками на выходные дни.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
стаканом. Сервис! Неужели не понимала, что моя жизнь в опасности?
Оборачиваться назад было бессмысленно — лишняя трата сил и дополнительная угроза устойчивости. И так понятно, что сзади наступает безмозглый кретин. Хотелось прошипеть ему это. Можно, конечно, и проорать, но свалишься, а на лету едва ли удастся обосновать это звание. Времени не хватит. В принципе он и сам догадается, поскольку опередит меня в полете — слишком тучный. Вот бы рассчитать траекторию так, чтобы шваркнуться на него, а не на голые камни.
Почему я решила, что фамильярную тряску устроил мне именно тучный тип? Просто я его узнала. Одни и те же типы два дня подряд на глаза так просто не попадаются. Прошипеть о том, что он навязчивая скотина? Так по несчастливой (в первую очередь для него) случайности. Жаль, что поздновато над этим задумалась. Лучше пожелать себе попутного ветра. Ну чтобы все-таки обеспечить мягкую посадку. Если не придираться, эта туша сойдет за копну занюханной соломки, которую рекомендуется подстелить… Довольно противно, а что делать?
Я и в самом деле промычала что-то оскорбительное в адрес пузатого… Нет, махровым недоумком его назвать нельзя. Киллеры махровыми недоумками не бывают. «Прибить бы его чем, — подумала с тоской. — Я бы в киллеры пошла, пусть меня научат…» Один-единственный раз — ради спасения всех. А в первую очередь надо спасти себя и Наташку. Вот сдуру выплясывает на берегу со своим стаканом!..
— Ирина… Ирина Санна.
Настырная тряска усилилась. Я сдавленно пискнула. Решив положиться на судьбу, дала волю рукам, резкой отмашкой сбросив толстопузика в пропасть. И с изумлением поняла, что нам не по пути. Лично я никуда не лечу. Киллер само собой улетел, но вместо меня почему-то орала Наташка. Неужели я, не хуже Джеки Чана, отшвырнула его подруге под ноги и он выбил у нее из рук бутыль с водой и стакан? Дом сразу ожил. Включился свет, в спальню влетел Димка. Наташка, поднимавшая с пола Виталика, мигом уронила раненого на прежнее место, чтобы обеспечить себе прикрытие. Стянув с меня двуспальное одеяло, накинула его на себя, совершенно не задумываясь о моем внешнем виде. С первого этажа вверх по лестнице несся Кириллов.
Пришлось выбрать самый доступный вариант — одно двуспальное одеяло на двоих. Дальше я просто перестала соображать — никак не могла понять, почему Димкина половина кровати досталось Наташке. Может, он решил меня бросить? Я и в самом деле зарвалась. Озабочена в основном поисками неприятностей, а следом выхода из них, перестала заботиться о муже, не щажу его чувств… Господи, ну и что? Сама о себе-то не забочусь. Еще не хватало саму себя воспитывать. Неужели муж заразил своими регулярными проповедями?
— Чего орем? — с раздражением поинтересовался взъерошенный Димка.
Я успела отметить, что он спал не раздеваясь. Так же как Кириллов и Виталик. Нельзя же считать Виталика одетым не полностью, если у него на макушке отклеился кусочек пластыря.
— Н-ничего… — пролепетала Наташка. — Так получилось. Виталик с дивана упал и в темноте потерял ориентацию. Приполз к нам спросить, где его диван, а я спросонья решила, что это ты, Ефимов, пришел меня выселять с кровати. От тебя всего можно ожидать. Между прочим, вторая половина кровати была единственным свободным…
— Двадцать минут третьего! — напомнил Димка с беспристрастностью телефонного автоответчика. Сначала всем, затем повторил сигналы точного времени Виталику, все время пытавшемуся что-то сказать. Кириллов уже снова скрипел ступеньками лестницы. Димка тоже не задержался, объявив, что в шесть утра протрубит общий сбор. Окончательно проснувшись, я слышала, как он аккуратно закрывает за собой дверь Аленкиной комнаты.
— Слушай, великовозрастное дитя, — глядя сверху вниз на сидящего на полу Виталика, хмуро произнесла Наташка, — какого черта путаешься тут под ногами? Серый волк приснился? И ты хороша… — переключилась было она на меня, но, поразмыслив, добавила: — А я вообще лучше вас всех. Не поверите, что приснилось.
Я тут же вклинилась со своим сонным кошмаром.
— Да дайте же хоть слово сказать! — повысил голос Виталик.
Мы дружно на него зашикали. Я даже не поленилась напомнить ему о времени. Без учета припусков на минуты, истекшие после Димкиного оповещения. А Наташка сочла своим долгом сообщить, что никто из нас рот ему не затыкал, у нас полная свобода слова.
— Не затыкал, но и раскрыть не даете. Я вспомнил! Понимаете?
— Еще раз так вспомнишь — забудешь все на свете! — заявила Наташка. — Ползи обратно на свой диван.
Виталий обиделся и обозвал нас тупым железным занавесом. Я
