В ночь с четверга на пятницу к Наталье вернулась первая любовь, причем в полном соответствии со словами когда-то очень популярной песни: она «нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь». Нагрянула любовь не по инициативе Натальи — она никак не рассчитывала увидеть во сне Володьку Кириллова, но один и тот же сон повторялся еженощно — с кратковременными передышками на выходные дни.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
в папку какие-то бумаги, развернулась в обратную сторону.
— А вы случайно не видели, куда бабушка понеслась? Наташка была сама вежливость и сочувствие.
Продавщица споткнулась на ровном месте и уставилась на нас с подозрением:
— Ваша, что ли, старуха? Я сейчас милицию позову.
— Зови! — с вызовом ответила подруга и подбоченилась. — Старуха покойная. Аж с 2002 года. Можешь взглянуть на памятник, там ее фотография. Проводить? Доказывай потом, что именно она покупала цветы у твоей Надюшки. При этом, в отличие от тебя, у старушки имеется здесь законная и постоянная регистрация. Лицо цветочной феи приобрело оттенок проехавшей мимо пожарной машины. Она начала отступление задом, и мне пришлось встать на защиту цветочных рубежей. Наткнувшись на меня, женщина остановилась, беспомощно посмотрела на яркий цветочный ряд.
— Но вы-то тоже ее раньше видели поблизости, раз правильно описали, — тихо проронила она. — Значит, старушка живая.
— Хорошо, прогуляйся на могилу сама, если нас боишься, — усмехнулась Наташка. — Думаешь, мы сами потусторонние? Гоняемся за своевольной покойницей, которая на том свете объявлена в розыск? Ладно. Участок номер…
— Никуда я не пойду! — Решительность своих слов цветочница подтвердила категоричной отмашкой руками. — Еще чего! Мне торговлю сворачивать надо. Сейчас позвоню хозяйке. — Дрожащей рукой она вытянула из кармана вязаной кофты мобильник. — Ваша бабуля потрусила сначала на кладбище, а затем — я мельком видела, могу и ошибаться, — вернулась сюда. Здесь уже народ стоял, куда она потом делась, не знаю. Не до нее было.
— Вернемся назад? — спросила я у Наташки по дороге к машине.
— Да ни за что! Я уже попрощалась с Кирилловым. Навсегда. Ты помешала процессу моей медитации. Как раз пыталась убедить себя, что он мне вообще приснился. Не конкретно в последнее время, а в том смысле, что я его никогда раньше не знала. Принц из сказки. Твое предложение «назад» — только в будущее! Домой! В свою привычную жизнь.
— Под «назад» я имела в виду его квартиру?
Наташка ответить не успела, сбил Димкин звонок. Голос его был слишком ласковым для перспективы радужного окончания разговора. Да и я, признаться, «дала маху». Не без Наташкиной помощи.
— Иришка, ты где?
Я вопросительно взглянула на подругу, она молниеносно сложила ладони вместе, приникла к ним щекой, закрыла глаза и для большей убедительности всхрапнула.
— В кровати, вестимо. — Не задержалась я с ответом, поскольку подсказку поняла правильно. — Отсыпаюсь.
— В чьей?
От вопроса сразу повеяло холодом и раздельным питанием. По крайней мере, на предстоящий вечер.
— Я спрашиваю, в чьей кровати ты отсыпаешься?
— Как это, «в чьей»? — Мое возмущение было слишком наигранным. — В нашей. На своей половине.
— Смею тебя заверить, твоя половина кровати пуста.
— А твоя?
Я основательно растерялась. Димкино место в данный момент в своем больничном кабинете или у коек пациентов, но никак не в нашей спальне. Краем глаза успела увидеть, что Наташка отчаянно стучит по своему лбу кулаком и без слов, одними губами призывает подумать, перед тем как ляпнуть очередную глупость. Интересное дело! С чьей подсказки все началось?
Димкин мобильник благородно отключился.
— Ну, сейчас я твоему Ефимову устрою! — пригрозила Наташка, выудив из кармана телефон и кровожадно им потряхивая. — Ты можешь не стараться — не ответит. И это к лучшему. Мало ли что еще наплетешь! А от меня просто так не отделается. Я, если что, и до главврача дозвонюсь.
Я ей сразу поверила — не один год рядом. Однако на сей раз подруга ошиблась, потому как с воплощением угроз запоздала.
Романтичная мелодия звонка, и Наташкино немножко виноватое «Алло?» совсем не вязалось с теми новостями, которые довелось ей выслушать от Бориса. Пока она, не кривя душой, но кривляясь телом, изображала умирающего лебедя, пытающегося занять место за рулем «Шкоды», но почему-то на заднем сиденье, я, воспользовавшись свободным временем и вцепившись в ручку двери с другой стороны, попробовала медитировать. Ничего сложного. Закрыла глаза, послала все к черту, а вслух громко сказала: «Мне хорошо. Я действительно на своей половине своей кровати, и вся эта лабуда вокруг мне просто снится…» С первого раза, правда, не подействовало. Не задумываясь, заладила повторение без передыха, как заклинание.
— Немедленно проснись! Сматываемся! — вывела меня из состояния прострации Наташка.
