В ночь с четверга на пятницу к Наталье вернулась первая любовь, причем в полном соответствии со словами когда-то очень популярной песни: она «нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь». Нагрянула любовь не по инициативе Натальи — она никак не рассчитывала увидеть во сне Володьку Кириллова, но один и тот же сон повторялся еженощно — с кратковременными передышками на выходные дни.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
через… — Он посмотрел на настенные часы. — Ирина, на стрелках пыль!
— А в ней копошатся пылевые клещи, — злорадно добавила Наташка и выписала рукой в воздухе замысловатый крендель. — Я с вами не поеду, у меня своя собственная машина, которую не желаю оставлять без присмотра. И кому, по-твоему, мне следовало звонить, чтобы выяснить, не стряслось ли что-нибудь с Кирилловым?
— Школьной подруге, заслуженной первой сплетнице, — невольно вырвалась у меня подсказка.
— Так мы с ней сто лет не общались. Я даже не знаю ни ее телефона, ни где она теперь проживает.
— Неужели выслали с прежнего места жительства за сплетни? — ахнула я. — В таком случае пословица не права, язык не только до Киева доведет.
— Через десять минут выезжаем!
Дмитрий Николаевич, не утерпев, полез за часами и тщательно их протер. Они встали, не решаясь тронуться с места. Мы с Наташкой — тоже. Еще через десять минут муж чертыхнулся и оставил часы пылиться на столе. До лучших времен. Время отъезда было перенесено еще на десять минут. За эти минуты подруга в моем присутствии отключила у себя городской аппарат, надрывающийся бесконечными звонками, и как оказалось, зря. Разъяренный Дмитрий Николаевич не велел Наташке ни к чему прикасаться в ее собственной квартире, тем более к телефону. Оказывается, им уже дано «кое-кому» поручено отследить номер «звонаря». Без нас разберутся.
«Как бы не так! — подумала я. — Нашли дурака, так он и сидит в нетерпеливом ожидании, когда же его запеленгуют!» Одновременно мелькнула мысль не по этой теме: если стреляли в Анну Марковну, значит, она носительница важных сведений, связанных с инсценированной, а может, и настоящей смертью сына. То непонятное, что мы с Натальей обязаны кому-то вернуть, у нее быть не может, она для преступников просто лишнее информационное биополе. Странно, что Анна Марковна не обратилась в органы. Ах, да… Она же «покойница».
По дороге муж и в самом деле приобрел мне новую «симку», только сразу воспользоваться мобильником я не могла, следовало ждать подключения. Димка посоветовал провести время ожидания с пользой — перенести всю информацию на новую сим-карту. Я тихо ворчала на тему дурацкой сверхбдительности, потому как другого повода к ворчанию не имелось, а настроение было паршивым. Исключительно из вредности тайком вернула старую «симку» на место и выключила мобильник. Сразу полегчало. Еще больше полегчало в супермаркете. И мне, и кошельку. Спрашивается, много ли нам с Димкой надо? Отвечается: много, а вдруг дети нагрянут? Должно же быть в жизни что-то хорошее. Вот как раз на этот вопрос мне ответила Наташка, до моего прибытия успевшая обежать весь супермаркет.
Выкинув из моей тележки больше половины продуктов на полки с диабетическим товаром, в том числе торт «Наполеон», она пояснила:
— Если нагрянет молодежь, то со своими мешками. Они заботливые. Зачем зря деньги переводить, должно же быть в жизни что-то хорошее. И взять его — наша задача.
Насильно вернув торт на место, я отвлекла подругу вопросом в лоб:
— У Кириллова школьные друзья были?
— Были. Два. Но фактически — один. Второй вместе с родителями переехал в другой город.
Наташка задумалась, я направила ее тележку к кассе и слегка подтолкнула. Подруга, как одно рогатое домашнее животное на привязи, покорно потянулась за ней. Коровы — они народ добродушный и послушный. Я успела вернуть себе еще кое-что «избранное». Не совсем зря. Детки, поинтересовавшись здоровьем, порадовались его наличию независимо от состояния и посетовали, что приехать не могут. Планов — громадьё. Уже смеркалось, когда мы в компании с соседями уминали в беседке торт. На традиционный «Наполеон» он совершенно не походил, но до чего ж был вкусен!
Ночью мне приснился Кириллов. Такой, как на своем портрете. Стоял надо мной в согбенном состоянии и внимательно вглядывался в мое лицо. Страшно не было — пошла впрок Димкина наука. Памятуя, что на самом деле он живой, а если даже и покойник, то всего-навсего только снится, пожелала ему развеяться в пух и прах, что он неслышно и сделал. Утром выяснилось, Дмитрий Николаевич просто контролировал мой сон. Результатом остался доволен. Оказывается, я еще обещала вытрясти из него всю дурь. Если не развеется. Надо же… Не помню. Заспала!
Наташка заявилась в середине дня в разных шлепанцах, легкомысленно помахивая тяпкой и безмятежно улыбаясь. Вполне искренне пожелала нам «доброго вечера», успехов в труде и отдыхе. Димка в должниках не остался и, пока я раздумывала, не сбрендила ли подруга окончательно, поздравил ее с «добрым
