В ночь с четверга на пятницу к Наталье вернулась первая любовь, причем в полном соответствии со словами когда-то очень популярной песни: она «нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь». Нагрянула любовь не по инициативе Натальи — она никак не рассчитывала увидеть во сне Володьку Кириллова, но один и тот же сон повторялся еженощно — с кратковременными передышками на выходные дни.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
меня и в умственном плане развития, когда окончательно перестаю соображать. Впрочем, как и я ее. У нас взаимозаменяемость. Ты сказал, у тебя есть только пять минут? Давай не будем отвлекаться.
Валерий Павлович довольно улыбнулся:
— Ты все такая же. У меня не пять минут, а пара часов в запасе. Лечу другим рейсом. Так что пойдемте-ка в ресторан, там и поговорим. Здесь слишком много народа.
— Без спиртного! — выдвинула условие Наташка. — Мы за рулем.
— А я вообще не пью, только в строго обязательных случаях.
— По приказу, — догадалась Наташка.
— По обстоятельствам, — очередной раз улыбнувшись, поправил он Наташку и взял под руку. — Нам в левое крыло, VIP-зал.
Подруга осторожно высвободилась и прилепилась ко мне с пояснением: «Нет, я так не могу. Без чести, совести и в какой-то мере ума». Надо же, какой приятный у дикторш голос. Такие задушевные объявления о переносе рейсов. Даже уезжать не хочется.
Серегин засмеялся:
— Я и не думал вас разлучать. Какую кухню предпочитаете? Японскую или европейскую? — Он нервно оглянулся по сторонам, словно надеялся увидеть там развернутую в порядке рекламы экспозицию специфических блюд той и другой кухни.
Мы с Наташкой переглянулись, и она скромно предложила остановиться на европейском уровне…
Пока ждали заказ, разговор шел на семейные темы. При этом Валерий Павлович без конца оглядывался. Я участия в разговоре не принимала. Потом Наталья и Серегин принялись вспоминать школьные годы, учителей, учеников и наконец дошли до Володьки Кириллова. И тут выяснились такие вещи, что голова пошла кругом.
У Кириллова Владимира Родионовича особых жизненных проблем не возникало. Служба в основном проходила за границей. Последнее место работы — Особый отдел в одном из армейских подразделений Группы советских войск в Чехословакии. Тогда она еще не распалась на части. Окончание срока службы совпало с выполнением государственного решения об их окончательном выводе. Таким образом, Владимир отслужил как надо и вернулся. Дело прошлое, но рассказал много забавного. Особенно из жизни комсостава и их жен.
Я толкнула под столом ногу подруги, намекая на отклонение тематического маршрута в сторону. Ну какое нам дело до торгово-бытовых предприятий, где в первую очередь отоваривалась именно верхушка армии? Здесь, в Союзе, была та же система обеспечения партийных и государственных органов. Чем выше рангом, тем лучше.
Наталья от толчка расправила плечи и сморщилась, заявив, что это не интересно. В конце концов, основная часть офицерских жен паслась в чехословацких магазинах, помогая им со сверхплановой реализацией товара. Можно подумать, жена Кириллова в таких набегах не участвовала и из-за границы он вернулся ни с чем.
— С книгами, — серьезно ответил Серегин, — и дурацкой идеей… — Он хохотнул, достал из нагрудного кармана носовой платок и вытер вспотевший лоб. — Не возражаете, если я сниму пиджак? Жарковато.
Мы выразили полное одобрение. Я осторожно вернула его к «дурацкой идее» Кириллова.
— Ну да. — Серегин улыбался во весь рот. — Володька с детства был одержим поисками кладов. У него имелась масса литературы по этому вопросу. А в Чехословакии он заразился идеей разобраться с золотом рейха. На уровне профессионала-любителя.
— Вы имеете в виду пропавшие после войны тонны золота рейхсбанка? Так называемое «золото Третьего рейха»? — Я тоже улыбнулась. — Нацисты планировали использовать драгметалл для своего возрождения в будущем.
Серегин взглянул на меня с интересом:
— У Володьки скопилась куча материалов по этому поводу. Некоторые я сам лицезрел.
— Не вижу повода для ухмылок. — Прищурившись, Наташка напряженно смотрела в безоблачное небо за стеклом. — А вот повод для его физического устранения вполне весомый.
— Перестань. Ну что ты, в самом деле, как ребенок. Никакого золота Володька не нашел. А погиб… по пьянке. Свалился со строительных лесов и… Несчастный случай. Забудь.
— А может, он погиб, как Генрих Мюллер? — решила я добить Валерия Павловича своей осведомленностью. Не обязательно посвящать его в то, что просто видела один интересный документальный фильм.
— Что вы имеете в виду? — озадачился Валера.
— «А вас, Штирлиц, я попрошу остаться…» — вслух еще больше озадачилась Наташка и перестала любоваться летным полем.
— Спорность самого факта гибели.
Я не единожды сталкивалась с выражением «колючий взгляд» и всегда над
