В ночь с четверга на пятницу к Наталье вернулась первая любовь, причем в полном соответствии со словами когда-то очень популярной песни: она «нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь». Нагрянула любовь не по инициативе Натальи — она никак не рассчитывала увидеть во сне Володьку Кириллова, но один и тот же сон повторялся еженощно — с кратковременными передышками на выходные дни.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
речь? — ткнул мобильником в мою сторону Иван Романович.
Я попыталась вывернуться, сославшись на то, что мы точно не знаем, кого убили. Можно предположить — того, кого похоронили под именем Владимира Родионовича Кириллова. Но не исключено, что покойный именно он. Каких только чудес не бывает на свете. А может, погребли пустой гроб. С другой стороны, его друг Серегин, которого пытались убить в аэропорту Домодедово, лично присутствовал на похоронах. Он подтвердил идентичность покойного с прижизненной личностью Кириллова В.Р. И родная тетя усопшего не своей смертью, которую, в свою очередь, хотели пристрелить при попытке бегства с Бутовского кладбища, тоже уверена в том, что ошибка исключена.
Моя речь произвела на участкового неизгладимое впечатление. Да ни один утюг не смог бы разгладить то выражение лица, которое он обрел. Я искренне за него порадовалась: сотрудники органов внутренних дел тоже люди. И ничто человеческое им не чуждо. В том числе временный легкий дебилизм. Но несмотря на явные его проявления, в том числе на очках — их как-то ненормально перекосило, соображал он неплохо. После короткого замешательства попросил нас помочь с переселением кота Кузи на высший уровень — девятый этаж. Но едва мы пристроили на удобные места в его квартире все кошачьи принадлежности, как «злой мент» объявил нам о временном задержании. Время ограничил рамками связного чистосердечного признания в том, во что мы вляпались за последние четыре дня, включая сегодняшний понедельник. Можно было митинговать на тему незаконных действий, но уж очень хотелось домой. Мало у нас беззакония? Попривыкли, духом окрепли в борьбе.
Никогда еще я не была столь талантлива в краткости изложения основных событий последних дней. Отягощенный грузом полученных знаний, Иван Романович чувствовал себя очень плохо.
— Ну а кому сейчас хорошо? — прощаясь, вздохнула Наташка, участливо погладив по плечу «злого мента». — Мировой финансовый кризис, блин!
Честно говоря, хорошо было нам с Наташкой. После частичных откровений Ивану Романовичу на душе полегчало. Как вовремя мы его отыскали! Я имею в виду — до того, как окончательно свихнуться. Наши проблемы стали не только нашими. Далеко впереди светила очередной раз гарантированная президентом спокойная старость, до которой мы, выйдя из лифта на первом этаже, обрели уверенность дожить. Радовали пока еще не закончившиеся природные запасы нефти. Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не сглазить. Надо же! Из такого фактически грязного источника обеспечивается основная часть относительно чистых денежных потоков. В том числе вливающихся и в пенсионный фонд.
Все складывалось отлично — домой вернулись вовремя и с твердым намерением неукоснительно выполнять заветы Попова (фамилия такая у Ивана Романовича). Что, кстати, было не сложно — ничего самостоятельно не предпринимать, ни во что не лезть, если что — сразу звонить.
Будучи в хорошем настроении, возвращение Димки с работы я решила отметить каким-нибудь кулинарным шедевром. Все-таки два дня не виделись, вчера прикатил с работы, когда я уже спала. Да и давно его не баловала. Вот когда были рядом дети… Боже мой! Крутилась как белка в колесе. Спрашивается, почему в таком случае не воспользоваться свободой? Вдвоем остались. Я и воспользовалась. Готовые полуфабрикаты из супермаркета — тоже кулинарный шедевр. Кто осмелится оспорить этот вывод, если цена у них заоблачная?
Мудрость своего решения поняла сразу, как только муж переступил порог. На предельной степени усталости. Если уж он мой внешний вид не отметил!.. Вчера — понятно, не разглядел в темноте, а сегодня, попросту говоря, не заметил разницы между прошлым и настоящим. Значит, кулинарный шедевр моей ручной работы и подавно бы не оценил. Это если исходить из принципа, что ему дороже. Хотя после стольких лет семейной жизни… Я как верная жена постоянно маячу перед глазами, а вот что-то изысканно-новенькое на столе… «Ерунда какая-то лезет в голову», — подумала я, плетясь за Димкой в спальню с заунывными предложениями выпить хотя бы чайку, минеральной водички или просто водички. Из-под крана. Только отфильтрованной. — Спасибо, милая, все потом, потом… устал… — Дальше я слушать не стала. Односторонний Димкин храп, пусть даже легкий, свидетельствовал о моем присутственном одиночестве в спальне. Осторожно поправив свесившийся край одеяла, я с умилением отметила беззащитность правой ноги мужа, которую нечаянно оголила и вернула этот край в прежнее подвешенное состояние. Намеренно избавляясь от мыслей о деле фальшивого золота молчания, отправилась в другую комнату развлекаться переключением
