В ночь с четверга на пятницу к Наталье вернулась первая любовь, причем в полном соответствии со словами когда-то очень популярной песни: она «нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь». Нагрянула любовь не по инициативе Натальи — она никак не рассчитывала увидеть во сне Володьку Кириллова, но один и тот же сон повторялся еженощно — с кратковременными передышками на выходные дни.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
перед полетами. Лично у меня этот условно-летательный аппарат вызывал обратную реакцию.
Наташка машинально поправила волосы.
— Фига себе… Совсем не смешно. Даже нелетающие самолеты падают. Не вставай! Я сама его выкину. Зачем он вам с подбитым крылом и без подставки? Раз ты не веришь в чудесные вкусовые качества моего изделия, сейчас принесу объедки… Прости, оговорилась. Четверть фаршированного лаптя — это еще остатки.
Подруга обернулась быстро. Я долго охала и ахала и даже постанывала над остаточной частью батона, в который Наташка ухитрилась запихать все залежавшиеся в холодильнике куски и кусочки, которых в перспективе ждала бесславная участь мелких составляющих мусорного пакета. Будучи запеченными с батоном, они дождались своего звездного часа. Не иначе как подругу одолела зависть к бутерброду Ивана Романовича. Взяла и усовершенствовала!
Пока я, связанная правилами приличия, через силу дегустировала ту кроху «лаптя», которую удалось отщипнуть с наименьшим для себя риском — что называется, «сыта по горло», Наташка успела прогуляться по сведениям моего мобильника. Словом, мне не пришлось объяснять, почему давлюсь ее шедевром, а остаточную его часть маскирую сковородой, украшенной сверху бумажными салфетками. От волнения плохо соображаю, вернее, совсем не соображаю. Позднее, когда начала соображать, я и сама удивилась. Но Димке виду не подала. Просто ляпнула первое, что пришло в голову — от себя, любимой, для него, любимого, прятала желанный кусок пирога. Сковорода, прикрытая салфетками, выполняла роль потайного домашнего сейфа. Муж был мне очень благодарен. Но это случилось уже около часа ночи, а пока пришлось отчитываться перед подругой за вину в умышленном неразглашении сведений о переговорах с участковым. Не долго. Обошлась одной фразой: «Оно тебе надо?» Дальше говорила только Наталья. Все с тем же участковым. В отличие от меня ей сразу удалось с ним соединиться. Мне не хотелось видеть ее расстроенную физиономию, и я понуро побрела в комнату, справедливо рассчитывая на минутную передышку. Наташка попробовала отправиться следом за мной и отправилась. Ровно на длину шнура зарядного устройства.
Заглянув по пути в спальню и убедившись, что Димка по-прежнему блуждает по лабиринтам собственносочиненных снов, осторожно прикрыла дверь и поплелась смотреть телевизор — что придется. Не было смысла выбирать канал, через короткий промежуток времени по всем будут показывать Наталью Николаевну. В нервном возбуждении она предпочитает загораживать собой экран.
Подруга немного задержалась. К тому моменту я успела несколько раз перекроить свой утешительный монолог. Хоть и привыкла к частым Наташкиным «осадкам» в виде проливных слез, но хорошо знаю, что переживает она искренне. Потому как больше всего жалеет себя, узнавшую горестную новость.
Вопреки ожиданиям прогнозы не оправдались. В состоянии полного штиля Наташка вошла в комнату, заботливо прикрыв за собой дверь, и уселась рядом со мной на диван.
— Вам надо сделать перестановку. Давай перетащим твою пальму к Алене.
— Это же противоположный конец Москвы! — оторопела я. — Предлагаешь мне катать туда для ее полива в выходные дни? У Дмитрия-второго назрела длительная командировка, они оба временно переезжают в Городец. Работа у него такая — обеспечивать второе рождение старому теплоходу. Пароходом станет.
— Вперед к прошлому! — отсалютовала Наташка отобранным у меня пультом. — И к твоему сведению, Дмитрия — ни первого, ни второго — в истории Руси не было. Был один, да и того не сохранили. А запасной вариант не прошел, лже-Дмитрием оказался.
— История моей семьи в данном случае не имеет отношения к истории государства Российского. Еще свали на меня всю ответственность за ее неправильное развитие. Лично у нас есть два Дмитрия. И они уже рассчитались на первого и второго. Надо будет — заведем третьего!
— Ирка, ты что, белены объелась? В свой «лапоть» я ее точно не подмешивала. С чего это так завелась? Да еще и на полном серьезе. Я ведь и обидеться могу. Сама знаешь, мне это ничего не стоит. Кстати, пальму предложила перетащить гораздо южнее того севера столицы, где проживают ваши молодожены. В соседнюю комнату, бывшую Аленкину. В отличие от тебя, родной матери своей дочери, я это помню. Теперь из принципа не попру туда пальму. На хрен мне это нужно?
Сначала я решила, что подруга намеренно завела разговор на постороннюю тему, не касающуюся содержания телефонных переговоров с Иваном Романовичем. Это не что иное, как защитная реакция на неприятное известие о смерти Серегина. Но Наташка продолжала демонстрировать
