В ночь с четверга на пятницу к Наталье вернулась первая любовь, причем в полном соответствии со словами когда-то очень популярной песни: она «нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь». Нагрянула любовь не по инициативе Натальи — она никак не рассчитывала увидеть во сне Володьку Кириллова, но один и тот же сон повторялся еженощно — с кратковременными передышками на выходные дни.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
пока повременят. Самое замечательное — теперь все киллеры с засекреченными номерами будут попадать почти по назначению. Прекрасная возможность прямой связи между преступником и представителем правоохранительных органов. Ир… Ну не раскисай. И прекрати раскачиваться. Ведь отойду — по частям рассыплешься. Тебе давно пора перейти на головокружительные движения. Знаешь это упражнение? Вертишь головой сначала по часовой стрелке, когда надоест — вертишь против часовой. Атака на остеохондроз.
Наташкин словесный бальзам пролился на благодатную почву. Я уже почти успокоилась. Действительно, Димке как-то можно все объяснить. К тому моменту, глядишь, и Попов опомнится, вернет телефон. В конце концов, не совсем же он Иван… с приложением через тире. В юридической академии учится. Скорее всего, туда дураков не берут. Или берут? Вдруг они становятся умными только после получения диплома?
В этот момент постепенного успокоения моих расшалившихся нервов мы с Натальей даже не думали, к каким последствиям приведет случайная выходка Попова. Больше всего меня волновало, как господин участковый объяснит Дмитрию Николаевичу свой визит ко мне. Забежал водички испить? С испуга. Лифт разогнался — и сразу на тринадцатый этаж. Испужаешься…
— Спасибо, Наталья. За поддержку. Не стоит тебе бежать за своей «музыкальной шкатулкой».
Я перестала раскачиваться, поняв, что от судьбы не уйти. Что будет, то и будет.
— Прежде чем допрашивать тебя, Димка свяжется со мной по домашнему номеру. Может, и выживу.
— Еще одного телефонного киллера нам не хватало! А за мобильником я все-таки слетаю. Забыла? Мы собирались звонить сыну Серегина. Только мне как-то не по себе, не от души буду интересоваться состоянием его здоровья… в смысле, как он «долетел».
— Меня другое беспокоит. Что, если Серегин и есть тот единственный друг, на которого Кириллов ссылался?
Наташка круто развернулась в коридоре и уставилась на меня.
— Фига себе! Эк тебя на табуретке штормило-то! Из одной крайности в другую. По-моему, что-то в тебе серьезно стряхнулось. И от этого «стряха» твоя интуиция вылетела в неизвестном направлении. Серегин на Вовку анонимку написал!
— Ни фига! Это просто наш с тобой личный вывод. Причем «с потолка». Основан исключительно на домыслах. У меня тут такая версия возникла!.. Все начинает становиться на свои места.
В порыве энтузиазма я сорвалась с табуретки и принялась яростно ерошить волосы.
— Не надо! — Наташка попятилась к выходу. — Не надо больше никаких версий. По крайней мере, пока я не вернусь.
За время Натальиного отсутствия мне удалось только достать блокнот. Уж очень велико было желание воплотить все разрозненные сведения в скупую, но четкую схему. Не один раз приходилось лицезреть нечто подобное в детективных фильмах. Неужели где-то спецы стряхивали профессиональную пыль, и часть ее случайно осела на мою голову? Во всяком случае, это точно не перхоть. А вообще-то я узнала это слово и его значение только из рекламы шампуня. «Вживую» видеть не приходилось.
Со схемой пришлось повременить. Наташка вернулась быстро, не останавливаясь, поманила меня за собой в комнату. Шлепая блокнотом по руке, в которой держала ручку, я молча подчинилась. Изучать домогавшихся ее абонентов, звонки и сообщения которых остались без ответа, подруга не стала. Отыскала номер сына Серегина и, не задумываясь, позвонила, включив динамик. Ответили сразу. Наташка, представившись по всем правилам, на мой взгляд, сразу сформировала у собеседника комплекс неполноценности. Даже я, предприняв попытку вмешаться, невольно прикусила губу. Как-то так получилось, что Кузнецова Наталья Николаевна — главная благодетельница семьи Серегиных, сердечно пекущаяся о сердечном здоровье всех ее членов, а Валерий Палыч со своей гипертонией даже не удосужился сообщить, как добрался. Более того, не отвечает на телефонные звонки. А у нее нехорошие предчувствия по поводу этого перелета.
Далее Наташка перешла на тон легкой обиды и попросила прощения за то, что вынуждена беспокоить, насколько она догадывается, сына Валерия Павловича, имени которого, к сожалению, не знает. И выдержала пару секунд паузы.
Сынок и не думал скрывать своих позывных.
— Серегин, — спокойно сообщил он. — Можно просто — Виталий. Я узнал вас по голосу. Вы несколько раз звонили отцу по моему телефону. В свое время, договариваясь с вами об обследовании родственницы, отец воспользовался моим аппаратом, номер которого вы сохранили. Мне кажется, ваша обеспокоенность перелетом Валерия Павловича не очень удачный
