Вот уже больше 500 лет длится эксперимент, задуманный на праматери Земле. И все это время к загадочной Проксиме Центавра, пожирая парсеки пространства, движется невиданный космический корабль. Кажется, его создатели предусмотрели все, смоделировав для обитателей этого исполина замкнутый мир — Плененную Вселенную. Но, когда имеешь дело с живыми людьми, предусмотреть абсолютно все невозможно. Уж так устроен человек, что он с невероятной легкостью ломает чужие, пусть даже и самые выверенные планы и прокладывает свой путь.
Авторы: Гаррисон Гарри
с человеческое туловище бесшумно отошел в сторону.
Сидя на камне, Чимал, вытаращив глаза, смотрел на то, что открылось его взору. Полукруглый туннель в сплошном камне уходил в глубь скалы. Того, что лежало за закруглением, видно не было.
Не ждет ли его там Коатлики? У него не было времени обдумать это: голоса слышались уже совсем близко, почти рядом с углублением в скале. Перед ним был тот самый выход, который он искал, – так что же колебаться?
Сжимая в руке обломок ножа, Чимал ринулся в проем, упав за порогом на четвереньки. Каменная дверь тут же закрылась за ним так же бесшумно, как и открылась. Солнечный свет превратился в тоненький лучик, затем в золотой волосок, затем исчез совсем.
Чимал осторожно поднялся, сердце его стучало, как барабан во время жертвоприношения. Впереди была чернота. Чимал сделал нерешительный шаг вперед.
Нет, он не мог пойти вперед – просто взять и пойти. Чимал прижался к надежному камню двери, ища в нем опору.
Здесь ходят боги, а он всего лишь смертный. Нельзя требовать от него слишком многого. Позади его ждала верная смерть, но такая смерть, о которой он все знал, – почти старая приятельница. Соблазн повернуться спиной к неизвестности был так велик, что Чимал даже снова сунул обломок ножа в щель под дверью, но все же ему удалось сдержать свой трусливый порыв.
– Бойся, Чимал, – прошептал он в темноту, – но не ползай на брюхе, как тварь пресмыкающаяся.
Все еще дрожа, он шагнул навстречу черной пустоте. Если его ждет смерть – что ж, пусть будет так. Он встретит ее лицом к лицу, довольно прятаться.
Касаясь левой рукой шершавой поверхности камня и выставив вперед обломок ножа – скорее символическое, чем реальное оружие, – Чимал двинулся вперед. Он шел на цыпочках, сдерживая дыхание и стараясь не производить никакого шума. Так Чимал добрался до поворота туннеля; впереди забрезжило слабое свечение. Дневной свет? Выход из долины? Он бросился вперед, но, разглядев источник света, остановился.
Увиденное было трудно описать. Туннель вел прямо вперед, но в этом месте вправо отходило ответвление. Перед его темным устьем на потолке было что-то, что светилось. Именно что-то – другого названия Чимал не нашел. Это было круглое пятно, белое и гладкое, и из него исходил свет. Как будто здесь находился вертикальный туннель и в него попадали солнечные лучи или свет факела. Так, по крайней мере, казалось. Чимал медленно подошел поближе к светящемуся кругу, но даже и вблизи ничего больше не смог разглядеть. Впрочем, это не имело значения. Здесь, внутри скалы, был источник света – этого достаточно. Гораздо важнее выяснить, куда ведет тот, другой туннель.
Чимал заглянул в него и на расстоянии не более вытянутой руки перед собой увидел головы-близнецы Коатлики.
Его сердце как будто разорвалось, заполнив собой всю грудь и не давая дышать. Коатлики стояла там, возвышаясь над ним во весь свой рост, и смотрела прямо перед собой неподвижным взглядом круглых красных змеиных глаз. Ее ядовитые клыки были длиной с руку человека. Юбка из живых змей оказалась почти на уровне лица Чимала. Гирлянды высушенных человеческих рук и сердец обвивали шею богини. Громадные клешни почернели от запекшейся человеческой крови.
Коатлики не двигалась. Прошло несколько секунд, прежде чем Чимал осознал это. Глаза богини были широко открыты, она смотрела на него, но не двигалась. Может быть, она спит? Чимал не надеялся убежать от Коатлики, но находиться в такой близости от нее было невыносимо. Слепой ужас от ее присутствия погнал Чимала по туннелю, он бежал и не мог заставить себя остановиться.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем усталость замедлила его шаги. Чимал споткнулся и растянулся во весь рост на грубом камне пола. Упав, он был уже не в силах подняться: лежал и со всхлипами втягивал в себя воздух, ощущая страшное жжение в груди. Но удара Коатлики так и не последовало. Когда силы вернулись к Чималу, он поднял голову и оглянулся. Светящиеся пятна шли по всей длине туннеля, становясь все более тусклыми и наконец исчезая вдали. Его никто не преследовал. Коридор был пуст, в нем ничто не двигалось.
– Почему? – вырвалось у Чимала, но окружающий его со всех сторон камень не дал ответа. Тишина
