Плененное сердце

богатый муж: последнее время ты слишком расточительна!
— О, па! Ты же знаешь, что на свадьбе я должна быть в новом платье!
— Какая еще свадьба? И когда она состоится?
— Завтра, па, — хихикнула Фиона. — Неужели не помнишь?
— А вот мне нечего надеть, — пожаловался лэрд, сделав грустное лицо. — Все, похоже, были заняты, обшивая дам.
— Перестаньте подтрунивать над девочкой, господин, — покачала головой Фенелла. — Вы ее расстраиваете. Сами знаете, что иногда с ней бывает.
На лице Малькольма появилось странное выражение.
— Д-да, — только и обронил он.
— А кухарка испекла яблочный пирог, чтобы отпраздновать день рождения нашей дочери, — объявила Аликс, стремясь рассеять неожиданно возникшее напряжение.
— Мой любимый пирог! — обрадовалась Фиона и стала кружиться по залу.
Лэрд взял Аликс за руку. Их взгляды встретились.
— Спасибо, — прошептал он. — Ты куда лучшая мать для Фионы, чем та проклятая девка, которая ее родила.
— Я люблю ее. И вижу, что она очень чувствительная. Как все девочки ее возраста. Я научу ее сдержанности. Но ей всего семь лет. Она не Робена, господин. Я воспитаю ее на собственном примере.
— Верно, — кивнула Мэгги. — Как мать дюжины дочерей, я многое могу порассказать.
— Ты очень добра к ней, — признал лэрд, глядя в глаза Аликс и улыбаясь. — Как ты ухитряешься меня понимать? Иногда я думаю, что ты знаешь меня лучше, чем я сам.
— Не оскорбитесь, господин, если я скажу, что вы не слишком сложны по природе? — рассмеялась Аликс. — Вы честны и откровенны, и мне это нравится. Мир, в котором я выросла, — это мир, где царят интриги и заговоры. Там нужно следить за каждым словом. Хотелось бы знать, каким правителем стал бы король Генрих, будь он в здравом уме и твердой памяти. Тогда бы я уж точно не очутилась в Данглисе.
— И ты скучаешь по этому миру? — спросил он.
Конечно, Малькольм знал ответ, но очень хотел еще раз услышать его из уст Аликс. Теперь, когда она вот-вот станет его женой, ему были необходимы уверения в любви. От Робены он ничего подобного не хотел.
Аликс погладила его по щеке.
— Я предпочту быть с тобой в Данглисе, чем в любом дворце. Я люблю тебя, Кольм Скотт, мой дорогой, дорогой лэрд. — И, понизив голос, чтобы только он мог ее слышать, добавила: — Ты стал моей жизнью. Я не хочу никакого другого мужчины, кроме тебя. Не бойся, Кольм. У нас будет прекрасная жизнь.
Встав на цыпочки, Аликс нежно поцеловала его.
Лэрд ответил так же тихо:
— Когда Робена предала меня, была ранена только моя гордость. Когда я увидел ее в объятиях своего единокровного брата, понял, что никогда ее не любил. Не отдал ей своего сердца. Но ты, ягненочек, пленила мое сердце. И всегда будешь его хозяйкой.
И он поцеловал ее, вложив в поцелуй все свое желание.
— Я принадлежу вам, милорд, — едва слышно прошептала Аликс.
— А я принадлежу тебе, любимая, — кивнул лэрд.
Глядя на эту счастливую пару, Фенелла взяла за руку Фиону и отвела в сторону. Слуги последовали ее примеру. Но, видя, что вносят блюда с ужином, Фенелла громко воскликнула:
— Господа, идите к столу! Все так вкусно пахнет! Смотри, Фиона, креветки!
Лэрд и Аликс поспешно взялись за руки и проследовали к высокому столу. Малькольм усадил дочь на почетное место, где она и царила весь вечер, пока не заснула. Отец отнес ее на руках в спальню, а Аликс укрыла одеялом, после чего они вернулись к гостям. Волынщик играл для господ, а старый бард, живший в Данглисе, рассказывал занимательные истории и пел.
— Ты действительно любишь его, — шепнула Мэгги. — Я вижу это в каждом твоем движении. И Фиона тебя обожает, а слуги почитают. Я не могла желать лучшего конца всех горестей Кольма.
— Я очень люблю его, — ответила Аликс.
— Ты хочешь детей, которых не хотела Робена?
— О да! Очень хочу!
Аликс не сказала собеседнице, что знает, как предотвратить нежелательную беременность. Она глотала семена дикой моркови с тех пор, как стала любовницей лэрда. Завтра же она станет его женой и постарается поскорее дать ему сына.
Вечер подошел к концу, и все разошлись по своим комнатам. В эту ночь Малькольм не пришел к Аликс, что обрадовало ее. Каким-то образом это положило конец их прежним отношениям. Но завтра ночью она будет лежать в его объятиях как законная жена, и они все начнут заново.
Утром Фенелла велела принести чан, и спальню наполнил аромат благовоний, которые она насыпала в воду.
— Лэрд моется на кухне, — сообщила она. — А судомойки подсматривают за ним из кладовки. Боюсь, кухарка не в силах их обуздать.
— Пусть смотрят сколько хотят, — засмеялась Аликс. — Лэрд — мой!
Она вышла из воды и, завернувшись в полотенце,