Плохиш

бы хорошо обратиться к той женщине, которая должна знать свою дочь, как никто другой, но Влада и в страшном сне не могла представить, что спросит у матери что-то вроде: «Как думаешь, стоит ли пользоваться кредиткой Стаса?» Наверное, после такого вопроса ее предали бы анафеме, как грешницу. И официально отлучили от семьи Егоровых.
— Деточка, слушай, что тебе скажет старая женщина, сменившая так много мужчин, что мою жизнь можно легко описать одной поговоркой: есть что вспомнить – нечего рассказать внукам. – Марина Викторовна по-отечески похлопала ее по коленке, улыбнулась. – Никогда не мешай мужчине быть щедрым. Всегда принимай его подарки и никогда их не возвращай. Нормальному мужчине приятно делать жизнь своей женщины лучше, в конце концов, они от этого получают почти такое же удовольствие, как мы – тратя их деньги. Мой первый муж был скупым. У нас был целый список, по которому мне разрешалось покупать трусы и чулки лишь в определенный срок. И, знаешь, что? Я ему изменила с нашим светотехником: жутко худым и костлявым, с жидкими волосенками, но только за то, что он дарил мне гвоздики. Просто так.
Влада улыбнулась, мысленно представив эту картину. На душе стало легче. И немного грустно, что с такими вопросами приходится обращаться к посторонней женщине.
— Спасибо, Марина Викторовна. Вы просто кладезь мудрости, почти как Фаина Раневская, но красивее и моложе.
Женщина, как ни пыталась, не смогла спрятать довольную улыбку.
Ну ладно, Онегин, чулки, значит? Будут тебе чулки. Но для начала – домой, душ и пару часов спать. Чтобы случайно не захрапеть в примерочной. И еще позвонить Вике, узнать про хорошего врача. Кажется, та давно была на противозачаточный и даже пару раз нахваливала своего специалиста.
— Ты с кем-то крепко влипла? – тут же спросила любопытная подруга.
— Да, я с кем-то в серьезных отношениях. – Влада предпочла не распространяться о том, с кем именно встречается. Вика была единственной подругой, кто знал об их прошлом, и никогда не скрывала, что категорически не одобряет такого помешательства на одном единственном мужчине. Узнай все сейчас – устроила бы менторскую лекцию. А оно совсем ни к чему.
— Ну вот, Егорова, а я тут тебе парня присмотрела – брата моего Мишеньки.
— Наверное, ему еще нет сорока? – не удержалась от смешка Влада, и услышала в ответ звонкий смех. Вика была из тех, кто всегда понимал шутки и никогда не обижался лишь бы обидеться. Наверное, именно поэтому они и дружили до сих пор. А вот Аня как-то сама собой потерялась почти год назад.
— Он очень милый и даже не лысый! – продолжала нахваливать свой «товар» Вика, но потом все-таки дала координаты врача и сказала, что предупредит о ее визите. – если передумаешь – мы завтра идем в «Красный квадрат», можешь присоединится.
— Прости, никак не могу.
— Узнаю Владу-зануду.
— Ну вот, а представь, что будет, если я усядусь с вами за один стол?
— Коктейли точно прокиснут, — предположила Вика. – Влада, надеюсь, он хороший парень, потому что, если кто-то снова разобьет тебе сердце, я ему точно яйца оторву.
— Он самый лучший, — успокоила она подругу.
По магазинам в итоге выбралась только после четырех. Так вымоталась, что уснула и не услышала будильник, а когда услышала, отключила – и проспала без задних ног еще час. А потом, на ходу одеваясь и причесывая волосы, ругала себя за беспечность.
В магазине под очень однозначной вывеской «Дикая орхидея» было тепло, светло и … странно. То, что висело на манекенах большее походило на наряд порноактисы. Влада мысленно примерила на себя красный кружевной комплект, залилась румянцем. Но отступать было некуда. План созрел и требовал реализации. А смелости придавали мысли о том, какой будет реакция Стаса.
Когда к ней из-за вешалки направилась девушка, Влада сперва приняла ее за консультанта и даже мысленно сформулировала свой запрос, но, подняв голову, удивленно вскинула брови. Надо же, а ведь только сегодня о ней вспомнила.
— Аня? Привет, ты куда пропала?
Та сперва просто осмотрела ее с ног до головы, сделала какие-то свои выводы и только потом, довольно холодно, ответила:
— Привет, Влада. Без косы ты стала похожа на человека.
Влада сделала шаг назад, чувствуя себя так, будто получила плевок в лицо. Нет, конечно, Аня всегда была сама себе на уме и все те странные вещи, которые бывают только между старыми подругами, считала глупостями, но она никогда не вела себя так, словно ей ежа в задницу засунули. Влада как раз чувствовала себя так. Будто именно ее рука и заталкивала бедного зверя в то самое место.
Следом за Аней появился мужчина «немного за тридцать», в дорогом костюме и со взглядом хозяина жизни. Его оценивающий взгляд